Социальный образ это

Социальный образ ребенка как фактор его развития и самосовершенствования

Социальный образ ребенка как фактор его развития и самосовершенствования

Так сложилось, что отечественная педагогика на протяжении нескольких десятилетий и на теоретическом и на практическом уровне недооценивала социальные аспекты воспитания. В ней до сих пор продолжает абсолютизироваться воспитание, рассматриваемое как особый вид деятельности педагога, с которым связываются основные результаты формирования личности ребенка. Все индивидуальные потребности детей, согласно концепции этой педагогики, формируются только путем сознательного усвоения ими форм и способов деятельности, сложившейся в обществе, и предлагаемых в специально организованном учебно-воспитательном процессе. При этом воспитательный процесс представляется односторонне ориентированным: от общества — к личности, являющейся лишь объектом воспитания.

Иными словами, освоение личностью норм, ценностей, установок, стереотипов, выработанных обществом, в результате чего у нее складывается система внутренних регуляторов, привычных форм поведения, рассматривалось педагогикой как социализация личности (И.С. Кон, В.А. Крутецкий и др.).

Следствия противоречия между социализацией и официальным воспитанием отчетливо видны в поведении детей. Они всегда сопротивляются игнорированию их реальной внутренней жизни и индивидуального опыта. Для младших школьников не обязательно характерны в этих случаях прямые конфликты с взрослыми, стремление утвердить свое “внутреннее Я”. Дети младшего школьного возраста чаще занимают позицию конформизма, покорно воплощают в школе “спускаемые сверху” ценности, а вне школы живут в другой системе ценностей.

Становится очевидным, что социализация — самое широкое понятие среди процессов, характеризующих формирование личности. Оно предполагает не столько сознательное усвоение готовых форм и способов социальной жизни, сколько выработку (совместно с взрослыми) собственных ценностных ориентации. Воспитание же, представляющее собой систему преднамеренных и целенаправленных воздействий на личность ребенка, является одним из путей осуществления социализации.

Для школьной практики это означает, в первую очередь, смену ключевого начала воспитания: не сводить всю социализацию только к нормативным процессам воспитательного воздействия, а соотносить нормативный и внутренний планы социализации, не навязывать детям ценности общества, а “идти” к ним через их социальный опыт.

Под социальным опытом понимается всегда результат действия, активного взаимодействия с окружающим миром. Овладеть социальным опытом — значит не просто усвоить сумму сведений, знаний, навыков, образцов, а обладать, владеть тем способом деятельности и общения, результатом которого он является (Н.Ф. Голованова).

Свою задачу я вижу в создании условий для формирования социального опыта учащихся: в оказании ребенку помощи, способствующей его обращению к своему жизненному опыту на рефлексивном уровне, сделать его предметом самопознания и самоанализа.

Мы исходим из того, что, предлагая детям тот или иной элемент содержания воспитания и обучения, их следует направлять не столько на репродукцию этого содержания, сколько на соотнесение со своим социальным опытом: что принять, от чего отказаться, в каких прежних представлениях усомниться, в чем еще раз утвердиться, над чем впервые задуматься.

Однако “выращивание” социального опыта ребенка основывается, с одной стороны, на знании уже имеющегося у него опыта, его характеристик. А с другой стороны, — на понимании того, какие воспитательные стратегии будут способствовать этому росту. Представления о социальном опыте детей мы можем получить, используя материалы исследования Н.Ф. Головановой. Вслед за нею мы выделяем следующие существенные для педагогической диагностики характеристики социального опыта:

– содержательный параметр, который выражается через материальное и культурологическое содержание деятельности ребенка и проявляется в его представлениях о главных жизненных ценностях;
– позиционно-оценочный параметр, выражающийся через тенденцию проявления индивидуальности, личностной активности, рефлексивной позиции младшего школьника;
– функциональный параметр, определяющийся тем, как внутренние особенности самооценки, соотношений представлений о главных жизненных ценностях преобразуются в ту или иную основу стиля жизни; а как известно, разные стили жизни способны либо благоприятствовать, либо, напротив, препятствовать полноценному социальному становлению личности.

Для выявления конкретных социальных представлений детей нами использовался устный опрос – “Закончи фразу: “Хороший человек – это. ”.

Анализ материалов, полученных при опросе детей моего класса, показал, что почти все дети (97%) имеют те или иные образцы “хорошего человека”, на которые они хотели бы быть похожими. Носителями таких образцов для 65% детей выступают взрослые (в первую очередь, родители, другие близкие люди), для 19% — друзья-сверстники. А для 12% опрошенных в качестве обобщенных образцов становятся литературные герои.

Представление о “хорошем человеке” в образе взрослого чаще всего характеризовалось детьми такими качествами, как “добрый”, “готовый помочь”, “трудолюбивый”. Сверстников младших школьников привлекают — “отзывчивый”, “веселый”, “честный”, “умелый”, “умный”. Обобщенные в образах литературных героев представления о “хорошем человеке”, на которого хотят равняться младшие школьники, различны как по содержанию, так и по характеру.

Таким образом, использованная методика позволила выявить избирательные связи детей с реальными людьми в микросоциуме, своеобразную модель социального отношения.

Для выявления представлений первоклассников о главных жизненных ценностях мы использовали беседу с включением сказочного сюжета, а устные ответы детей фиксировали в таблицах. Основной вопрос к детям выводился из фрагмента сказки, который нужно было завершить. В качестве ведущих жизненных ценностей дети осознают саму “жизнь” (87%), мирное течение жизни (81%). Значительное число детей выделяют как жизненную ценность “семью” (62%), “любимое дело” (34%), “иметь друзей” (17%). Деньги как жизненная ценность были отмечены у 67% первоклассников, материальные ценности (“машина” – 32%, “имущество” – 15%) – у 47% опрошенных.

Позиционно-оценочная линия изучения социального опыта детей младшего школьного возраста реализовывается с помощью серии методик, которые выявляют оценочные суждения детей к своей личности. Для этого используются специальные проективные опросники, предъявляемые в виде темы сочинения-миниатюры (“Когда я буду взрослым. ”, “Я всегда бываю недоволен собой, когда. ”, “Я очень люблю. ”, “Больше всего на свете я боюсь. ” и др.), словесный автопортрет в двадцати предложениях “Кто есть я?”. Однако ввиду возрастных особенностей первоклассников нам еще не удалось осуществить эту программу. Это ближайшая задача.

Третья линия изучения социального опыта детей младшего школьного возраста, его функциональный параметр, связана с выявлением особенностей их стиля жизни. Если иметь ввиду, что стиль жизни личности – это система ее целенаправленных стремлений и своеобразный показатель социализации, то для нас представляется важным выяснить, что входит в систему целенаправленных стремлений каждого ребенка в классе, вокруг каких жизненных проблем группируются основные ценности его личности, какие ожидания будущей жизни содержит социальный опыт отдельных детей и класса в целом.

В качестве методики выявления стилей жизни младших школьников мы планируем использовать модифицированный опросник П. Тоукамаа. Детям будет предлагаться опросный лист с четырнадцатью характеристиками стилей жизни, сформулированных в виде поговорок, известных житейских умозаключений, изречений. Участники опроса должны будут оценить свое отношение к каждому из обозначенных стилей по предлагаемой шкале. Перечисленные вразброс формулировки, согласно методике, группируются вокруг четырех основных типов: индивидуально-активный (“Робинзон”), социально-активный (“Борец”), индивидуально-пассивный (“Созерцатель”) и социально-пассивный (“Альтруист”).

Мы не склонны оценивать стили жизни детей как положительные или отрицательные. В реальной жизни все они имеют право на существование. Для нас важным становится развертывание таких воспитательных ситуаций, которые позволили бы ребенку проявлять позицию субъекта своей жизнедеятельности.

Итак, выражая свою уверенность в том, что социальный опыт ребенка должен рассматриваться учителем как значимый фактор его развития и самосовершенствования, научившись его диагностировать, ключевым для нас становится вопрос: как выстроить стратегию воспитания детей в конкретном классе, школе, направленную на обогащение имеющегося социального опыта, с учетом уже сложившегося.

Источник:
Социальный образ ребенка как фактор его развития и самосовершенствования
Свою задачу я вижу в создании условий для формирования социального опыта учащихся: в оказании ребенку помощи, способствующей его обращению к своему жизненному опыту на рефлексивном уровне. Мы исходим из того, что, предлагая детям тот или иной элемент содержания воспитания и обучения, их следует направлять не столько на репродукцию этого содержания, сколько на соотнесение со своим социальным опытом: что принять, от чего отказаться, в каких прежних представлениях усомниться, в чем еще раз утвердиться, над чем впервые задуматься.
http://xn--i1abbnckbmcl9fb.xn--p1ai/%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D0%B8/100229/

Социальный образ это

Асоциальность — это поведение и поступки, не соответствующие нормам и правилам поведения людей в обществе, общественной морали.

Асоциальность (социальное безразличие) — отсутствие сильной мотивации к социальному взаимодействию и/или присутствие одной мотивации для одиночной деятельности. Асоциальность отличается от антисоциальности тем, что последняя подразумевает открытую неприязнь к другим людям и/или к обществу в целом. Не следует также асоциальность путать с мизантропией.

Понятие «асоциальность» стало использоваться, в основном, с первой половины XX века в качестве собирательного политического термина, обозначающего неблагополучных людей из низших слоёв общества. «Асоциальными» считались и, применительно к различным обществам, продолжают считаться попрошайки, бродяги, бездомные, проститутки, сутенёры, получающие пособие по социальному обеспечению, наркоманы, алкоголики, цыгане и лица, недееспособные вследствие психического расстройства.

Асоциальность является скорее положительной чертой характера в некоторых монашеских традициях, в частности в католицизме, буддизме и суфизме [ источник не указан 2293 дня ] . В православной традиции асоциальное поведение верующего мирянина или монашествующего — признак удаленности от мира и близости его к Богу (блаженные, юродивые и пр.)

Асоциальными элементами чаще всего являются интроверты.

Крайняя асоциальность наблюдаются у больных шизофренией. Она характеризуется неспособностью сопереживать, чувствовать близость с кем-либо или неспособностью сформировать близкие отношения с другими людьми.

Выделяется гебоидность — не полностью развернувшееся гебефреническое состояние, проявляющееся дурашливостью, нарушениями влечений, развязностью в поведении и асоциальностью [2] :238 . Асоциальное поведение у них способствует снижению нравственных установок, отказу от учёбы и отказу от труда [3] :332 .

Подростки и юноши с шизотипическим расстройством (так как расстройство начинает проявляться именно в этом возрасте) часто вовлекаются в компании лиц с асоциальным поведением [2] :432 .

У страдающих алкоголизмом на поздних стадиях болезни происходят изменения психики, деградация личности с асоциальностью.

Лица с инфантилизмом легко вовлекаются в асоциальную среду они принимают стиль жизни, образ мыслей и поведение, соответствующие этой среде [2] :95 .

В подростковом возрасте при синдроме дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) характерны хулиганские выходки и асоциальное поведение [4] :245 .

У употребляющих опиаты характерно асоциальное поведение и асоциальные черты в преморбиде [4] :146 .

Для многих подростков молодёжные субкультуры и асоциальный образ жизни — одна из форм протеста против привычного образа жизни [3] :342 .

В эпоху национал-социализма асоциальными называли людей, ставших жертвами активного преследования. Акция «не работающий на рейх» стала кульминацией «преследования асоциального» в национал-социализме. С 1938 года Управление социального обеспечения Германии призвало полицию арестовывать «асоциальных» личностей. Вместо помощи, нуждающиеся и бездомные собирались и уничтожались властями. В этом социальном строе было претворено в жизнь полное уничтожение людей с девиантным поведением.

Концепция асоциальности понимается противоречиво, так как общество может восприниматься только как единое целое. То, что называют асоциальным, может являться таковым только по отношению к обществу. Эта концепция, довольно часто, применяется для произвольного отчуждения групп, которые определяют себя как преобладающее большинство. [ источник не указан 2293 дня ]

Источник:
Социальный образ это
Асоциальность — это поведение и поступки, не соответствующие нормам и правилам поведения людей в обществе, общественной морали. Асоциальность (социальное безразличие) — отсутствие сильной
http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D1%81%D0%BE%D1%86%D0%B8%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C

Социальный образ это

Имидж — это социальный образ человека, соотносимый с требованиями и нормами той общественной группы, к которой он себя мысленно относит

Имидж — это совокупность социально значимых характеристик, которым человек стремится соответствовать.

Принцип сохранения имиджа С. Левинсона, П. Браун базируется на теории о социальном лице Э. Хофмана. Социальное лицо рассматривается как составляющая духовной сущности человека, которая «требует» от человека того, чтобы он ее оберегал.

Социальное лицо включает два компонента:

Негативное лицо базируется на стремлении человека обладать определенной степенью независимости от других членов социума;

Позитивное лицо базируется на стремлении человека быть частью социума.

Позитивная составляющая имиджа:

Стремление партнера-коммуниканта предстать в роли единомышленника говорящего.

Потребность в социальном признании и поддержке со стороны других членов социума.

Негативная составляющая имиджа:

Стремление партнера-коммуниканта дистанцироваться от других членов социума.

Потребность в независимости от других членов социума, свободе в принятии решений.

22. культ обусл пр сохр имиджа и .текстов реал…..

В разных культурах принцип сохранения имиджа реализуется по-разному.

Для западноевропейских культур свойственно активное вербальное проявление негативной вежливости (внимание фокусируется на стремлении собеседника к независимости от других членов социума, его потребности в личном пространстве не только физического, но и духовного характера).

Для русскоязычной культуры характерно активное вербальное проявление позитивной вежливости (фокус внимания сосредоточивается на потребности собеседника стать частью единой социальной группы, в которую уже входит говорящий, получить от него признание и поддержку).

При текстовой реализации принципа сохранения имиджа могут нарушаться постулаты Г.П. Грайса. Это происходит потому, что задача сохранить имидж партнера часто вступает в противоречие с задачей передать слушающему определенную информацию быстро и без искажений.

Нарушение постулатов количества:

1) При использовании тавтологичных высказываний: Ботинки есть ботинки (тавтологичное позволяет завуалировать недовольство говорящего).

2) При экспликации известной информации: Обувь, отвечающая всем требованиям покупателей – удобная, высококачественная, элегантная… (избыток само собой разумеющейся информации позволяет скрыть негативную оценку говорящим какого-то свойства объекта, выбранного слушающим).8. Текстовая имиджа

Нарушение постулатов качества:

1) При использовании риторических вопросов:

И что тут можно сказать? (чтобы не говорить плохого).

2) При вербальных приукрашиваниях ситуации: Квартире требуется косметический ремонт. (относительно давно не ремонтированной, запущенной квартиры, принадлежащей слушающему).Текстовая реализация

Нарушение постулатов отношения:

1) При использовании намеков для выражения просьбы: Мы неплохо потрудились!

2) При ненавязчивом предложении услуг: Есть неплохие места на концерт Баха.

Нарушение постулатов способа:

1) При текстовой неопределенности смысла высказывания: Цветы нужно было полить.

2) При использовании заимствованной лексики в завуалированных рекомендациях слушающему: Лифтинг-крем проявил себя с лучшей стороны. ВОД

Принципы речевого общения представляют собой систему регулятивных механизмов, организованную на бинарной основе.

2) К важнейшим параметрам, объединяющим принципы речевого общения в бинарные группы, относятся:

а) универсальность (высокая/низкая: общие принципы речевого общения — ситуационно ограниченные принципы речевого общения);

б) тип когнитивных процессов (мысли/чувства: принцип кооперации — принципы вежливости и сохранения имиджа);

в) характер межличностного взаимодействия (индивидуальное/ социальное: принцип вежливости — принцип сохранения имиджа).

Принципы речевого общения обеспечивают успешное протекание коммуникации в условиях постоянно изменяющейся социальной среды.

внимание!

Основопол. ТРА и истоки

ТРА – концепция, рассматривающая процесс вербальной коммуникации в структурном акте.

Исходное положение данной теории: речевое общение – это деятельность, состоящая из базовых компонентов – РА.

Источник:
Социальный образ это
Имидж — это социальный образ человека, соотносимый с требованиями и нормами той общественной группы, к которой он себя мысленно относит Имидж — это совокупность социально значимых характеристик,
http://allrefrs.ru/2-18512.html

Социальный образ это

Образ жизни — это устоявшиеся, типичные для исторически-конкретных социальных отношений способы, формы и условия индивидуальной, групповой жизни и деятельности людей, характеризующие особенности их общения, поведения и склада мышления в различных сферах, и находящая своё выражение в его деятельности, интересах, убеждениях. Образ жизни горожан в объективных и субъективных показателях / Отв. ред.: Т. М. Караханова. — М.: Изд-во Ин-та социологии РАН, 2002. — 68 с.

В историческом аспекте представления о здоровом образе жизни впервые начинает формироваться на Востоке. Так, в древней Индии за 6 веков до нашей эры в Ведах сформированы основные принципы соблюдения здорового образа жизни. Один из них — достижение устойчивого равновесия психики. Главным условием достижения этого равновесия является полная внутренняя свобода, отсутствие жестокой зависимости человека от физических и психологических факторов окружающей среды. Вторым условием, которое приводит к установлению внутреннего равновесия путь сердца, — путь альтруизма ко всему живому в этом мире как высшем выражению сути жизни. Третье условие внутренней свободы — путь разума, путь знания, которые обеспечивают жизненную стойкость человека.

В Восточной философии и медицине всегда телесное и психическое рассматривался как единое целое. Согласно древней китайской медицине дисгармония организма имеет место при психической дисгармонии. Она рассматривала пять болезненных настроений: гнев и вспыльчивость, зацикленностью переживаниями, озабоченность и грусть, печаль и тоска, страх и озабоченность. Склонность к таким настроениям, нарушает и парализует энергию отдельных органов, и всего организма в целом, сокращая жизнь человеку. Радость же придает гармоничную эластичность энергии организма и продлевает жизнь.

В тибетской медицине считалось общей причиной всех болезней — невежество, которое порождает патологический образ жизни, вечное недовольство, пессимистические переживания, пагубные пристрастия и другие отрицательные качества у человека. Умеренность во всем, естественное поведение и преодоление невежества — вот основы составляющие здорового образа жизни. Восточная философия и медицина понимали человека как единое целое, непосредственно связано с природой, космосом.

Таким образом, для каждой цивилизации присущ определенный образ жизни, связанный с этнографическими особенностями и культурой народов.

Образ жизни — категория социальная. По определению ВОЗ, способ жизни — способ существования, основанный на взаимодействии между условиями и конкретными моделями поведения человека. Основными параметрами образа жизни являются труд или учеба, быт, общественно-политическая и культурная деятельность людей, а также различные поведенческие привычки и проявления. Известный валеолог Ю.П. Лисицын Лисицын Ю.П. Здоровье человека — социальная ценность / Ю.П. Лисицын, А.В. Сахно.- М.: Мысль, 1989. — 270 с. (на основе исследований Бестужев-Лада И.В.) Бестужев-Лада И.В. Социальное прогнозирование: курс лекций / И.В. Бестужев-Лада, Г.А. Наместникова. — М.: Пед. об-во России, 2001. — С.163-181. в понятие образ жизни включает такой важный фактор — людскую активность, рассматривая ее в трех аспектах:

— интеллектуальная и физическая активность;

— трудовая и вне трудовая активность;

— социальная, культурная (образовательная) активность, деятельность в быту и т.д.

С настоящей позиции можно говорить о том, что способ жизни, — исторически обусловленный тип, вид жизнедеятельности или определенный способ нематериальной (духовной) сфере жизнедеятельности людей. В данном случае образ жизни понимается как категория, отражающая наиболее общие и типичные способы материальной и духовной жизнедеятельности людей принять в единении с природными и социальными условиями. Другой образ жизни рассматривается как интегративный образ жизни индивида, как система взаимоотношений человека с самим собой и факторами внешней среды, как сложный комплекс действий и переживаний, наличие полезных привычек, закрепляя природный ресурс здоровья и отсутствие вредных, разрушающих его.

Ю.П. Лисицын выделяет в образе жизни как социальной категории, четыре основные категории: Уровень жизни (экономическая категория); Качество жизни (социальная категория); Уклад жизни (социально-экономических категория); Стиль жизни (социально-психологична категория).

Под уровнем жизни понимают материальное обеспечение людей (заработная плата, пенсии, стипендии, другие источники благосостояния, обеспечение жильем, работой, социальные гарантии и т.д.).

Качественная сторона жизни определяется степенью социальных и духовных свобод индивида. Индикатором качества жизни является образование, свобода мысли и свобода слова.

Уклад жизни характеризуется отношением людей к средствам производства, их социальная активность, семейное положение, т. е. те стороны жизни человека, позволяющие достичь поставленной цели.

Стиль жизни это принятые нормы поведения в обществе, в частности, отношения между мужчиной и женщиной, родителями и детьми, уважение к старшему поколению, этические и эстетические ценности в обществе. Стиль жизни включает привычки, вкусы, склонности, манеры, устойчивые воспроизводящие черты людей (например, стиль жизни аскета и др.). Стиль жизни характеризует индивидуальность человека.

Особенность социального проектирования образа жизни состоит в том, что оно направлено на решение таких процессов, которые охватывают в комплексе все социальные аспекты жизни человека, которые целесообразно различать по уровням организации общественной жизни. Социальное проектирование образа жизни по основным его направлениям предусматривает следующее:

— в материально-экономической сфере. Это, прежде всего, осуществление мер по широкой автоматизации и интеллектуализации труда, приводящей к улучшению его эффективности и содержательности, а также глубокую информатизацию и компьютеризацию производства, способствующую активизации творческого потенциала работников. Внедрение социальных проектов необходимо не только для развития производства, но и для подготовки населения к трудовой деятельности в условиях трудной жизненной ситуации. В частности, создание таких организаций, как психологические консультации, службы трудоустройства, пункты экстренной помощи, благотворительные фонды (для обеспечения жильем, для распоряжения кредитами на приобретение различных товаров и услуг и т.д.).

— в сфере образования социальное проектирование предусматривает внедрение непрерывного образования в существующую образовательную систему, расширение вариативной системы обучения с новыми спецкурсами и факультативами, модернизацию социально-педагогических комплексов и развитие образовательных учреждений различных организационно-правовых форм, типов и видов.

— проектирование культурной сферы предусматривает, в первую очередь, обеспечения высокого уровня потребления (восприятия, использования, коллекционирования) ценностей и благ художественной культуры; развитие самостоятельного художественного творчества; повышение художественно-эстетического образования и др. Проектирование культуры включает также создание эффективного механизма включения культуры в экономическую систему для использования культурного потенциала туристической деятельности, бизнес, ориентированный на развитие культурно-коммерческой сферы.

— в области проектирования оздоровительно-экологических программ выдвигаются меры по совершенствованию деятельности учреждений и качества услуг, направленных на восстановление здоровья населения, создание условий для формирования здорового образа жизни. В частности, подготовка семейных врачей (знающих все о детстве, зрелости и старости); в практике лечащих учреждений использовать методы народной медицины (например, тибетской медицины), природотерапии; возможное внедрение негосударственных лечебных учреждений и медицинских комплексов с частной практикой.

Таким образом, можно сделать следующие выводы:

— социальное проектирование в целом предназначено для конструирования не только отдельных, конкретных сторон общественной жизни, но также имеет своей целью комплексное моделирование всей системы социальных взаимоотношений;

— образ жизни составляет важное звено всей жизнедеятельности человека и может проектироваться по основным его блокам;

— в процессе проектирования образа жизни должны максимально учитываться проблемы развития человека как субъекта многообразной социокультурной деятельности;

— только при системном подходе возможно наиболее эффективное (или оптимальное) проектирование общественных процессов и явлений.

Источник:
Социальный образ это
Образ жизни — это устоявшиеся, типичные для исторически-конкретных социальных отношений способы, формы и условия индивидуальной, групповой жизни и деятельности людей, характеризующие особенности
http://studbooks.net/706597/sotsiologiya/obraz_zhizni

Социальный образ это

Г.М. Андреева, Психология социального познания. Учебное пособие. Гриф Минобр, 2004

В рамках психологии социального познания прежде всего, конечно, рассматривается социальная идентичность, или образ социального Я, называемый «образ-Я в группе». Такой фокус идентичности выбран не случайно: давно установлен факт, что большинство людей, когда они говорят и о себе, говорят о других Напишите 20 различных ответов на простой вопрос: «Кто я?». Отвечайте так, как Вы ответили бы себе лично, а не кому-то другому. Пишите ответы в том порядке, в каком они приходят Вам в голову. Не заботьтесь о логике и важности ответов. 1 11 ? 1? П 4 14 5 \ч 6 16 7 17 8 18 9 19 10 ->п Рис. 17. Тест двадцати ответов М. Куна и Т. Макпартленда «Кто я?»

в их жизни, о группах, к которым они принадлежат, о явлениях, которые особенно важны для их взглядов и понимания динамики социального окружения в целом. Примером этого может служить известный тест «20 ответов», предложенный М. Куном и Т. Макпартлендом (рис. 17).

Испытуемым задают вопрос: «Кто Я?» — и на него нужно дать двадцать ответов. В методике все ответы разделяются на четыре группы: А — физическое Я (как объект во времени и пространстве:

«Я — блондин», «Я живу в Москве»), Б — социальное Я (место в группе, социальная роль: «Я — студент», «Я — сын»), В — рефлексивное Я (индивидуальный стиль поведения, особенности характера: «Я — веселый», «Я люблю рок-музыку»), Г—

трансцендентальное Я (абстрактная рефлексия вне зависимости от конкретной социальной ситуации: «Я — живое существо», «Я — часть вселенной»). Обычно ответы группы А и Г составляют меньшинство, поэтому анализируются, как правило, ответы групп Б и В. Измеряется количество таких ответов, где человек, отвечая, относит себя к определенной группе («Я — отец», «Я — бухгалтер», «Я — охотник» и т.п.), и таких, где он преимущественно фиксирует свои личностные черты или характеристики («Я — вспыльчивый», «Я —

педант», «Я — не усидчив» и т.п.). В многочисленных исследованиях установлено, что количество «ролевых» ответов всегда значительно превышает число личностных ответов [см. 48; 112].

Все это дает основания сделать вывод, что социальная идентичность как отождествление индивидом себя с той или иной социальной группой — одна из важнейших составляющих образа-Я, отвечающая на вопрос о том, что есть и где есть человек в социальном смысле. Не случайно проблематика социальной идентичности — одна из наиболее разрабатываемых в социальной психологии. Несмотря на ее самостоятельный статус в структуре социально-психологического знания, она — в своих определенных сечениях — ключевой момент и психологии социального познания. Именно в таком ракурсе она особенно широко представлена в европейской социальной психологии. Теоретическое осмысление дано в трудах А. Тэшфела, который разработал «теорию социальной идентичности» (Social Identity Theory — SIT), и Дж. Тернера, предложившего «теорию самокатегоризации» (Self-Categorization Theory — SCT) [154a].

Основанием для этих теорий стала критика десоциализированного взгляда на индивида, который, по мнению Тэшфела, характерен для американской социально-психологической традиции. В связи с этим Тэшфел выдвигает задачу «рассмотреть социальное измерение человеческого поведения» [см. 5]. Поэтому теория социальной идентичности Тэшфела по своему значению выходит за рамки изучения одного из элементов картины социального мира. Она выступает как своеобразный вызов тем традициям исследования социального познания, которые сложились в американской социальной психологии. Наряду с теорией социальных представлений С. Московиси, которая будет рассмотрена ниже, концепция Тэшфела справедливо считается выражением принципиальной позиции европейской социальной психологии, настаивающей на большей «социальности» социального познания, включения когнитивных механизмов в социальный контекст [117].

Эта задача тесно связана с психологией социального познания. Само определение социальной идентичности предполагает такую связь: социальная идентичность, по Тэшфелу,— это та часть «Я- концепции» индивида, которая возникает из осознания своего членства в социальной группе (или группах) вместе с ценностным и

эмоциональным значением, придаваемым этому членству. В этом определении важно подчеркнуть два момента: социальная

идентичность — это «знание индивида о том, что он принадлежит к

определенной группе, и эмоциональная значимость для него группового членства». Как же формируется такое знание? Ответ на этот вопрос дается в традиции когнитивистского подхода, а именно:

описываются три шага на пути познания человеком собственной идентичности: —

первый шаг: социальная категоризация — упорядочивание социального окружения в терминах группировки личностей способом, который имеет смысл для индивида; —

второй шаг: социальная идентификация — процесс, посредством которого индивид помещает себя в ту или иную категорию; —

третий шаг: социальная идентичность — получение некоторого итога — полного социального отождествления индивида.

определенного континуума «ближе» то к одному, то к другому полюсу. Это зависит всякий раз от того, в какой конкретно группе возникает ситуация идентификации [см. 117, р. 127].

Несмотря на различный акцент, который сделан в теориях Тэшфела и Тернера, отчетливо видно, как когнитивистский подход дополнен и в этом случае анализом того, что остается «за пределами когниций».

Тем не менее интерпретация социальной идентичности в рамках психологии социального познания весьма продуктивна. Она позволяет сформулировать некоторые следствия из того факта, что человек в значительной степени познает социальный мир через определение своего места в нем. Эти следствия сводятся к следующему.

Во-первых, индивиды всегда стремятся к сохранению позитивной идентичности. Ее наличие способствует восприятию мира как более стабильного, надежного, справедливого. Напротив, утрата позитивной идентичности не только дезорганизует свой собственный внутренний мир, но, как правило, приводит и к дезорганизации своих впечатлений относительно окружающего мира.

Во-вторых, формирование позитивной идентичности предполагает сравнение своей группы с другими позитивными группами, а также с негативными группами. Такое сравнение также способствует большей или меньшей сбалансированности суждений о внешнем мире: большое количество негативных групп

воспринимается как доказательство его несовершенства.

В-третьих, для успешного сравнения нужны надежные отличительные черты «моей» группы и «чужих» групп. Нахождение таких отличий имеет возможным следствием дифференциацию от других групп, т.е. обогащение представлений об устройстве мира. (Вопрос об оценке «чужих» групп — это особый вопрос.)

В-четвертых, на характер дифференциации влияет степень

идентификации себя со своей группой; ситуация, в которой сравнение очевидно; релевантность сравнения (т.е. сравнение себя и своей группы с близкими); значимость признаков, по которым

осуществляется сравнение. При негативной оценке своей группы возникает намерение индивида покинуть ее и примкнуть к другой группе.

В совокупности все эти следствия означают, что для человека всегда характерно стремление сохранить социальную идентичность, причем позитивную, и тем самым обеспечить соответствие, гармонию образа социального Я. В этом случае и мир будет восприниматься как сбалансированный, находящийся в «соответствии». Если же возникает дисгармония собственного образа и окружающего мира, то это

препятствует адекватному поведению в этом мире, а сам образ

социального мира начинает разрушаться. Так, в условиях

радикальных социальных преобразований и часто сопутствующей им нестабильности общества возникает кризис идентичности. Его можно определить как особую ситуацию массового сознания (и, естественно, сознания отдельного индивида), когда большинство социальных категорий, посредством которых человек определял себя и свое место в обществе, кажутся утратившими свои границы и свою ценность. Одновременно происходит и переоценка своей группы принадлежности, и своего места в ней, а как результат — переоценка и самой ситуации в обществе в целом.

В современной российской действительности этому можно найти сколь угодно много примеров. Так, В. А. Ядов отмечает, что такой кризис идентичности связан с различными способами адаптации людей к новой ситуации, сложившейся в обществе: «I) идентификация с ближайшим окружением, профессиональнопроизводственными общностями, с людьми, разделяющими те же верования и взгляды на жизнь при умеренной (или отсутствующей) политико-идеологической ангажированности; 2) активная идентификация тех, кто включен в политико-идеологическую или предпринимательскую деятельность (в этом случае характерно упование на везение, ориентация на достигших материального благополучия)» [112]. Показательно, что в общетеоретическом плане такая связь между осознанием своего места в обществе и оцениванием группы принадлежности всесторонне разработана в работах по психологии социального познания.

Так, в частности, Тэшфел подчеркивает зависимость характера социальной идентичности от типа общества, в котором существует человек. В обществах со строгой стратификацией, где переход из одной социальной группы в другую затруднен, мироощущение человека, так же как и его поведение, особенно сильно задано «в групповом контексте». Это объясняется тем, что «вне группы» у человека вообще достаточно мало шансов на успех. В такой ситуации как-то изменить свое положение, если оно не удовлетворяет человека, он может скорее всего «с помощью своей группы» или действуя как «член группы». Такая жесткая привязанность к группе, естественно, влияет на восприятие и понимание социального мира как такового. Таким образом, определенный вид, характер социальной идентичности действительно выступает компонентом данного типа социального мира и способствует его специфическому пониманию.

Процесс формирования собственной идентичности сопровождает человека на протяжении всей его жизни, этот процесс —

важнейшее содержание социализации. Не случайно поэтому то, что одна из наиболее разработанных теорий идентичности принадлежит видному специалисту в области социализации Э. Эриксону. В «эпигенетической концепции жизненного пути человека» Эриксон обозначает разнообразные срезы проблемы идентичности. В нашем контексте особенно интересно само определение идентичности, даваемое Эриксоном: «это субъективное чувство, а также объективно наблюдаемое качество личной самотождественности и непрерывности, постоянства, соединенное с определенной верой в тождественность и непрерывность, постоянства некоторой разделяемой с другими людьми картины мира» [см. 80]. В этом определении очевидно просматривается роль социальной идентичности в познании социального мира: принадлежность к группе обусловливает конструирование образа этого мира совместно с другими членами группы.

Очень значительны рассуждения Эриксона по поводу сложной структуры идентичности, включения в ее содержание по существу трех идентичностей: Я-идентичности (осознание себя неизменным в пространстве и времени), групповой идентичности («перенесенной внутрь групповой идентичности»), психосоциальной идентичности (значимости своего бытия с точки зрения общества). К последнему следует добавить и такую характеристику идентичности, как наличие в ней двух сечений: положительного — каким человек должен стать и отрицательного — каким человек не должен стать. Здесь осознание себя как элемента социального мира соотносится с выработкой стратегии поведения, что очень важно с точки зрения единства познания и действия.

Эриксон выделил 8 возрастов человека, каждый из которых характеризуется некоторой альтернативой, встающей перед человеком в этот период, а также определенным символом возраста [см. подробно 80, с. 82]. 1.

Младенчество (1-й год жизни): доверие — недоверие («надежда»). 2.

Раннее детство (2-й год): самостоятельность — стыд сомнения («воля»). 3.

Игровой возраст (3—5 лет): инициативность — чувство вины («целенаправленность»). 4.

Школьный (6—10 лет): достижение — чувство

неполноценности («компетентность»). 5.

Подростковый и юность (11—21 год): идентичность — смятение, путаница ролей («верность»). 6.

Молодость (22-35 лет): близость — одиночество («любовь»). 7.

Средний возраст (36—65 лет): творчество —

сосредоточенность на себе («забота»). 8.

Зрелость (после 65 лет): цельность — разочарование («мудрость»).

В этой периодизации интересна фиксация «поворотных пунктов», т.е. таких переходов от одной стадии к другой, когда проявляется «кризис идентичности». Таких узловых точек Эриксон указывает несколько.

На подростковой стадии наблюдаются два механизма формирования идентичности: а) проецирование вовне смутных

Второй «пик» наступает на восьмой стадии — «зрелость»: только здесь происходит окончательная конфигурация идентичности в связи с переосмыслением человеком его жизненного пути.

Вместе с теорией восьми возрастов человека, где намечены особые рубежи становления социальной идентичности, эти идеи Эриксона, хотя и развитые в совершенно специфическом контексте, имеют непосредственное отношение к тому акценту, который характерен для концепции Тэшфела. Этот акцент заключается в том, что проблема социальной идентичности становится по существу проблемой межгрупповых отношений. Не стоит заблуждаться в кажущемся парадоксе — идентичность рассматривается как инструмент социальной ориентации личности, результат же этого рассмотрения — построение личностью не просто своего собственного образа, но и образа группы, к которой она принадлежит или не принадлежит. Иными словами, социальный мир для личности —

это всегда мир, на который она смотрит глазами группы. Но тогда очевидно, что и идентичность личности может сформироваться только в межгрупповом взаимодействии. Предложенная Тэшфелом

так называемая минимальная групповая парадигма, установленная

на основании известного эксперимента , иллюстрирует это положение весьма четко: для индивида достаточно минимального ощущения себя членом группы для того, чтобы он начал идентифицировать себя с нею.

С этой точки зрения уместно вновь вернуться к концепции Дж. Тернера. Больший акцент, который сделан в ней на значение идентичности для индивида (по сравнению с концепцией А. Тэшфела, где идентичность преимущественно рассмотрена как механизм межгрупповых отношений), позволяет поставить проблему так называемой «когнитивной альтернативы» для личности, что в определенном смысле предложено и в концепции Э. Эриксона.

Следовательно, по крайней мере, образ двух элементов социального мира складывается в постоянном общении не только личностей в группе, но и в общении самих групп. Единство познания социального мира и процессов коммуникации приобретает здесь новые грани. Действительный путь к формированию адекватного образа таких элементов социального мира, как «Я» и «группа», — в постоянной коммуникации этих элементов. Характер этой коммуникации многолик, но особое внимание в исследованиях уделяется вербальной коммуникации — «разговору», обсуждению возникающих проблем, что, как мы видели, анализируется в теории дискурса Р. Харре. В применении к концепции социальной идентичности коммуникация важна как средство более четкого осмысления своего собственного «Я» (четкий английский термин для 8

Студентам-испытуемым было предложено подсчитать количество точек на картинах П. Клее и В. Кандинского, после чего было объявлено, что часть испытуемых оказались «сторонниками» Клее, другие «сторонниками» Кандинского. Хотя это разделение было осуществлено абсолютно произвольно, представители «объявленных» групп немедленно начали отождествлять себя с этими группами.

этого «true self»), что и есть разновидность «когнитивной альтернативы».

Доказательством того, что Тэшфелом предложена специфическая трактовка идентичности как одного из механизмов познания социального мира, является тот факт, что именно его концепция стимулировала новый виток в развитии представлений об атрибуции, который, как уже отмечалось, был представлен в европейской социальной психологии М. Хьюстоном и Й. Яспарсом.

Таким образом, в теориях А. Тэшфела и Дж. Тернера раскрывается механизм построения как минимум двух «элементов» социального мира: образа-Я и образа группы. Но психология социального познания включает в число этих элементов еще и много других компонентов общественных событий, явлений и т.п. Однако прежде чем приступить к описанию способов их познания, необходимо обозначить два элемента, так или иначе также относящихся к проблеме социальной идентичности личности.

Источник:
Социальный образ это
1. СОЦИАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ: ОБРАЗ-Я: Сама по себе проблема имеет солидную традицию изучения в социальной психологии. Корни такого изучения лежат глубоко в истории психологии. Родоначальником можно считать У. Джемса с его концепцией осмысления …
http://www.med24info.com/books/psihologiya-socialnogo-poznaniya-uchebnoe-posobie-grif-minobr/1-social-naya-identichnost-obraz-ya-14886.html

(Visited 1 times, 1 visits today)

CATEGORIES