Зависимые отношения

Зависимые отношения

И вот ожидания сбываются. Кажется, дальше – мир, наполненный счастьем и восторгом. Но происходит нечто, что ставит нас в тупик. В новых отношениях мы переживаем боль, мучения. Объект нашей влюбленности поглощает все наше внимание, появляется мысли, которые тяготят и истощают нас.

Начинаются конфликты, недопонимание, критическое отношение к словам и поступкам партнера. В дальнейшем эти чувства ведут к неизбежному расставанию и новой боли.

Один из партнеров сознательно или неосознанно отказывается собственного суверенитета. Он растворяется в жизни партнера. Постепенно человек перестает думать о своих желаниях, целях, стремлениях. Зависимый партнер предоставляет «любимому» играть роль «родителя». Забывая при этом, что задача «родителя» не только защищать, но контролировать, критиковать. Через некоторое время зависимый партнер начинает сам «завоевывать» территорию партнера. Чаще звонит по телефону, манипулирует партнером. Указывает, что без него в доме или в жизни «любимого» ничего не получится. Могут быть попытки изолировать партнера от его друзей, хобби, интересов.

После этого начинается этап властности, диктата, управления поступками и чувствами второй стороны. Выдвигаются новые требования выполнения определенных правил взаимоотношений. Немного о причинах зависимости в отношениях.

В зависимых отношениях люди стремятся к компенсации собственную комплексов и сомнений. А партнер становится объектом, призванным восстановить целостность «Я».

В зависимых отношениях присутствует стремление к использованию друг друга в удовлетворении собственных потребностей, выживание подсознательных искажений собственной души.

Источник:
Зависимые отношения
Люди ищут и жаждут любви. И вот ожидания сбываются. Кажется, дальше – мир, наполненный счастьем и восторгом. Но происходит нечто, что ставит нас в туп…
http://mypsy.dp.ua/sovet-psih/item/127-zavisimye-otnosheniya.html

Зависимые отношения

Всем привет!
Я недавно приняла твердое решение выйти из деструктивных зависимых отношений, в которых находилась целый год.

Я слышала что в программе есть люди, кто это уже сделал. Пожалуйста, поделитесь своим опытом! Как это было, и что стало потом? Очень нужна поддержка в виде опоры на чей-то успешный опыт. Буду благодарна за ссылки на журналы или книги об этом.

Только про расставание! Пожалуйста, не говорите о том как можно улучшить, сохранить и т.п.

У меня были отношения с алкоголиком, на начальной стадии зависимости, я постоянно жила в атмосфере критики, отвержения и неуверенности в нем и в завтрашнем дне, получила состояние нервного срыва, дело дошло до того что я два раза расцарапала ему шею до крови.

Я прервала все контакты, уже 10 дней. Бывает тяжело и хочется вернуть все. Пожалуйста, поделитесь опытом как пережить.

_____________
Вас не должно удивлять, что у меня накопилось много новой информации относительно наших гипотез о феномене тревоги. Неудивительно и то, что вся эта информация пока еще не подводит нас к решению этой сложной проблемы. (З.Фрейд)

Я лично ждала по принципу «высохнет — само отвалится». В итоге перестала находить оправдания, стала на человека без розовых очков смотреть. За пару месяцев он мне продемонстировал свою личину полностью.

Больно было, конечно, но вернуться желания не было. Правда, это несколько лет назад все было.

У меня были отношения с мужчиной, у которого стоял диагноз МДП и он был сексоголиком. Не пил, не употреблял наркотики. В отношениях было море насилия, физического, сексуального и эмоционального.

Я принимала решение расставаться и не общалась. Так было раз 6. С обеих сторон. У нас установился цикл: расставание — примерение — «медовый месяц» — кризис — расставиние. Так продолжалось 5 лет.

На протяжении этих пяти лет я постоянно ругала себя, что не могу уйти до конца, навсегда, окончательно и бесповоротно. Меня ругали окружающие. Сейчас, оглядываясь назад, я бы изменила только одно: я бы себя не ругала. Просто была бы в этих отношениях, столько сколько было нужно. Я травмировала себя тогда своими обвинениями в слабости, созависимости и т.д. Любовник меня покидал, я себя покидала.

Вот здесь много. И тут тоже.

Brandy
Не понял, к чему это?

Я лично ждала по принципу «высохнет — само отвалится». В итоге перестала находить оправдания, стала на человека без розовых очков смотреть. За пару месяцев он мне продемонстировал свою личину полностью.

Больно было, конечно, но вернуться желания не было. Правда, это несколько лет назад все было.

Привет! А можете подробнее рассказать, как переживали болезненный период и чем помогали себе чтобы не думать о возвращении и вообще как-то себя поддержать?

_____________
Вас не должно удивлять, что у меня накопилось много новой информации относительно наших гипотез о феномене тревоги. Неудивительно и то, что вся эта информация пока еще не подводит нас к решению этой сложной проблемы. (З.Фрейд)

У меня были отношения с мужчиной, у которого стоял диагноз МДП и он был сексоголиком. Не пил, не употреблял наркотики. В отношениях было море насилия, физического, сексуального и эмоционального.

Я принимала решение расставаться и не общалась. Так было раз 6. С обеих сторон. У нас установился цикл: расставание — примерение — «медовый месяц» — кризис — расставиние. Так продолжалось 5 лет.

На протяжении этих пяти лет я постоянно ругала себя, что не могу уйти до конца, навсегда, окончательно и бесповоротно. Меня ругали окружающие. Сейчас, оглядываясь назад, я бы изменила только одно: я бы себя не ругала. Просто была бы в этих отношениях, столько сколько было нужно. Я травмировала себя тогда своими обвинениями в слабости, созависимости и т.д. Любовник меня покидал, я себя покидала.

А как вы в итоге пришли к окончательному убеждению расстаться, что подтолкнуло?

Я тоже пыталась расставаться с нового года, делала это раз пятнадцать. Пока мой психотерапевт не сказал, что я не приняла решения. Тогда я задумалась. и решила не сдаваться. Завела черный список в телефоне, заблокировала его повсюду и на попытки контакта не отвечаю. Я наконец-то поняла, что целью является расстаться, а не сделать отношения безболезненными.

Но мне все равно очень тяжело, и мысли крутятся иногда такие, что кажется я сойду с ума. Поэтому и ищу здесь поддержки.

_____________
Вас не должно удивлять, что у меня накопилось много новой информации относительно наших гипотез о феномене тревоги. Неудивительно и то, что вся эта информация пока еще не подводит нас к решению этой сложной проблемы. (З.Фрейд)

Источник:
Зависимые отношения
На форуме любителей электронных сигарет: .
http://www.detki-v-setke.ru/txt/index.php/t4776.html

Психотерапия зависимых от отношений клиентов

В статье речь пойдет не о зависимых от различных веществ людях, а о клиентах с зависимой структурой личности, о тех людях, которые патологически привязаны к Другому человеку.

В классификаторах психических расстройств при описании людей с зависимой структурой личности используются термины «Зависимое расстройство личности» (рубрика «Расстройства зрелой личности и расстройства поведения у взрослых в МКБ-10) и «Расстройство личности в виде зависимости» (рубрика «Расстройства личности» в DSM-IV).

К характерным признакам данного расстройства личности относятся: активное или пассивное перекладывание на других принятия большинства важных решений в своей жизни, отсутствие самоконтроля, недостаток уверенности в себе, «приклееность» к объекту зависимости, отсутствие психологических границ и др. Данные психологические характеристики часто сопровождаются различными симптомами. Среди них часто встречаются: психосоматические болезни, алкоголизм, наркомания, девиантное поведение, созависимые и контрзависимые проявления.

Чаще всего зависимая структура личности проявляется в форме зависимого и созависимого поведения. Следовательно, зависимость и созависимость это разные формы проявления зависимой структуры личности.

Общим для них является ряд личностных свойств: психический инфантилизм, патологическая привязанность к объекту зависимости с той лишь разницей, что в случае зависимости таким объектом будет вещество, а в случае созависимости – другой человек.

В фокус профессиональной деятельности психолога/психотерапевта чаще попадает созависимый клиент.

Типичные характеристики созависимой личности – включенность в жизнь Другого, полная поглощенность его проблемами и делами. Созависимая личность патологически привязана к Другому: супругу, ребенку, родителю. Кроме выделенных качеств, для созависимых людей также характерны:

  • низкая самооценка;
  • потребность в постоянном одобрении и поддержке со стороны других;
  • неопределенность психологических границ;
  • ощущение своего бессилия что-либо изменить в деструктивных отношениях и др. [2, с. 22].

    Созависимые люди всей своей жизнью делают членов своей системы зависимыми от них. При этом созависимые активно вмешиваются в жизнь зависимого, контролируют его, знают, как лучше поступать и что делать, маскируя свой контроль и вмешательство под любовь и заботу. Другой член пары – зависимый – обладает, соответственно, противоположными качествами: он безынициативен, безответственен, не способен к самоконтролю.

    Традиционным является взгляд на зависимых как на некое социальное зло, а на созависимых как на их жертв. Поведение созависимых, как правило, социально одобряется и принимается. Однако, с психологической точки зрения, вклады созависимого в такие патологические отношения ничуть не меньше зависимого. Созависимый сам не в меньшей степени нуждается в зависимом – он зависимый от зависимого. Это вариант так называемой «человеческой» зависимости.

    Созависимые сами поддерживают отношения зависимости, а когда они обостряются до симптома, то тогда обращаются к специалисту, чтобы он «вылечил» зависимого, то есть по сути – вернул его в прежние зависимые отношения.

    Любые же попытки зависимого выйти из-под контроля созависимого вызывают у последнего много агрессии.

    Партнер созависимого – зависимый – воспринимается как объект и его функция в паре созависимый-зависимый сравнима с функцией объекта зависимого (алкоголь, наркотик…). Эта функция состоит в том, чтобы «затыкать дыру» в идентичности созависимого посредством объекта (в нашем случае – партнера) для того, чтобы получить возможность ощутить себя целым, обрести смысл жизни. Неудивительно, что для созависимого зависимый, несмотря на все свои недостатки (с точки зрения созависимого), оказывается так важен, ведь он обеспечивает для него важнейшую функцию – смыслообразующую. Без него жизнь созависимого теряет всякий смысл. У зависимого для этого есть свой объект. Отсюда такая сильная привязанность созависимого к зависимому.

    Неудивительно, что в картине Мира созависимого Другой занимает такое важное место. Но при всей важности и фиксированности на Другом, отношение к нему чисто инструментальное – как к функции. На самом деле Другого для созависимого, в силу его эгоцентрической позиции, как отдельного человека с его переживаниями, чаяниями, желаниями просто нет. Да, Другой присутствует в картине Мира созависимого, даже гипертрофированно, но только функционально.

    Причиной формирования как зависимой, так и созависимой структуры личности является незавершенность одной из наиболее важных стадий развития в раннем детстве – стадии установления психологической автономии, необходимой для развития собственного «Я», отдельного от родителей. По сути речь идет о втором рождении – психологическом, рождении Я как автономного образования со своими границами. По мнению Г. Аммона, «…формирование границы Я в симбиозе является решающей фазой развития Я и идентичности. Это возникновение границы Я, способствующее различению Я и не-Я в плане формирования идентичности, становится возможным благодаря первично заложенным функциям Я ребенка. В формировании границ Я ребенок зависит также от постоянной поддержки окружения, своей первичной группы, в особенности матери» [1, с. 65].

    В плане же психологического развития зависимый и созависимый находятся примерно на одном уровне. Безусловно, это уровень пограничной организации структуры личности с характерными для него эгоцентризмом, импульсивностью как неспособностью удерживать аффект, низкой самооценкой. Пара зависимый-созависимый образуется по принципу дополнительности. Сложно представить пару человека с автономным Я и созависимого.

    Общим для них является также патологическая привязанность к объекту зависимости. В случае созависимой структуры личности таким объектом, как говорилось ранее, выступает партнер. В случае зависимой – «нечеловеческий» объект. Неясен механизм «выбора» объекта, но и в том, и в другом случае мы имеем дело с зависимой структурой личности.

    Каким образом люди с такой структурой личности попадают на психотерапию? Чаще всего психолог/психотерапевт имеет дело с двумя видами запроса:

    1. Запрос делает созависимый, а клиентом психолога/психотерапевта становится зависимый (созависимый приводит либо отправляет на терапию зависимого). В этом случае мы встречаемся с нестандартной для психотерапии ситуацией: заказчиком выступает созависимый, а клиентом становится зависимый. Данная ситуация представляется прогностически неблагоприятной для терапии, поскольку здесь мы реально не имеем дело с клиентом – не соблюдается одно из необходимых условий терапии – признание клиентом собственного «вклада» в сложившуюся проблемную ситуацию, как, впрочем, и отрицание наличия самой проблемы. В качестве примера рассматриваемой ситуации можем привести случаи обращения родителей с запросом «исправить» проблемное поведение ребенка, либо одного из супругов, желающего избавить партнера от патологической привычки.

    2. Созависимый сам обращается за терапией. Это прогностически более перспективный вариант для терапии. Здесь мы в одном лице имеем дело и с клиентом, и с заказчиком. Например, родители обращаются за профессиональной помощью с желанием разобраться в проблемных отношениях с ребенком, либо кто-то из супругов хочет с помощью психотерапевта понять причину не устраивающих его отношений с партнером.

    Если в первом случае психотерапия в принципе невозможна, то во втором у созависимого клиента появляется шанс. Несмотря на это, такие клиенты обычно плохо поддаются психотерапии, так как спектр их проблем обусловлен базисным дефектом их психики. Отсутствие самоконтроля, инфантилизм, ограниченная сфера интересов, «приклеенность» к объекту зависимости являются серьезным вызовом для психолога/психотерапевта.

    Работа как с зависимыми, так и созависимыми клиентами не ограничивается отношениями терапевт-клиент, а неизбежно втягивает психотерапевта в полевые отношения. Психологу/терапевту приходится работать не с одним человеком, а с системой. Он постоянно оказывается втянутым в эти системные отношения. Для психолога/терапевта это очень важно осознавать. Если он оказывается втянут в системные отношения, то теряет профессиональную позицию и становится профессионально неэффективным, так как нельзя изменить систему, находясь в самой системе.

    Одной из форм «втягивания» терапевта в систему являются так называемые треугольники. Треугольники являются необходимым атрибутом жизни зависимых-созависимых. С. Карпман, развивая идеи Э. Берна, показал, что все многообразие ролей, лежащее в основе «игр, в которые играют люди», может быть сведено к трем основным – Спасателя, Преследователя и Жертвы. Треугольник, который объединяет эти роли, символизирует одновременно их связь и постоянную смену. Этот треугольник можно рассматривать и в межличностном, и во внутриличностном плане. Каждая ролевая позиция может быть описана при помощи набора чувств, мыслей и характерного поведения.

    Жертва – это тот, чью жизнь портит тиран. Жертва несчастлива, не достигает того, чего могла бы при условии освобождения. Она вынуждена все время контролировать тирана, однако ей это плохо удается. Обычно жертва подавляет свою агрессию, однако она может проявляться в виде вспышек ярости или аутоагрессии. Для поддержки патологических отношений жертве необходимы внешние ресурсы в виде помощи от спасателя.

    Тиран – это тот, кто преследует жертву, при этом зачастую считая, что последняя сама виновата и провоцирует его на «плохое» поведение. Он непредсказуем, не отвечает за свою жизнь и нуждается в жертвенном поведении другого человека для выживания. Только уход жертвы или устойчивое изменение ее поведения могут привести к изменению тирана.

    Спасатель – это важная часть треугольника, которая дает «бонусы» жертве в виде поддержки, участия, различных видов помощи. Без спасателя этот треугольник бы распался, так как у жертвы не хватало бы собственных ресурсов для жизни с партнером. Спасатель также получает свою выгоду от участия в этом проекте в виде благодарности жертвы и ощущения собственного всемогущества от нахождения в позиции «сверху». Психологу/терапевту на первых порах отводится роль спасателя, но в дальнейшем он может быть включен и в другие роли – тирана и даже жертвы.

    Анализируя терапевтические отношения в работе с описываемыми клиентами, необходимо отметить, что они (отношения) достаточно неустойчивы по причине сопротивлений в работе со стороны как клиента (зависимого-созависимого), так и терапевта.

    Созависимый (чаще всего заказчик терапии) недоволен результатами работы, так как психолог/психотерапевт делает не то, чего бы он хотел. Он чаще всего сознательно сопротивляется терапии, всячески ей препятствует, используя арсенал от самых безобидных способов – отговорок зависимого от терапии, до достаточно серьезных – угроз как клиенту терапии, так и самому терапевту.

    Зависимый (клиент) – с одной стороны сознательно хочет изменений, с другой – бессознательно всячески ей сопротивляется, так как патологически привязан к созависимому. Он инфантилен, безынициативен, его удерживает вина, страх. Он часто бессознательно подключает к сопротивлению объекты системы.

    У психолога/терапевта также могут неосознанно включаться механизмы сопротивления работе. Чувства, которые он испытывает к клиенту, сложно отнести к разряду позитивных: страх, злость, безысходность…

    Страх возникает в результате того, что позиция психолога/терапевта довольно уязвима, ей легко можно нанести вред, так как содержание психологической помощи недостаточно понятно простым обывателям. В работе психолога/терапевта нет четких объективных критериев успешности терапии. Позиция психолога/терапевта уязвима и в юридическом плане – зачастую у него отсутствует лицензия на такого рода деятельность в силу законодательных особенностей. Позиция специалиста также неустойчива и в плане конкуренции с коллегами-медиками – «психотерапевтами в законе». Любая жалоба со стороны недовольного заказчика может создать много сложностей у психолога/психотерапевта.

    Отчаяние связано с тем, что работа с такими клиентами долгая и медленная, а изменения незначительные и неустойчивые.

    Злость обусловлена тем, что клиент – манипулятор, пограничная личность, он большой специалист по нарушению психологических границ, в том числе и границ терапии и терапевта.

    При работе с клиентами с зависимой структурой личности важно помнить ряд важных моментов.

    В случае, когда клиентом является зависимый, терапевт работает не с клиентом, а с системным феноменом, клиент – это симптом дисфункциональной системы. В связи с этим работать с клиентом как симптомом в индивидуальной терапии оказывается невозможно. В этом случае лучшее, что может сделать психолог/психотерапевт, – попытаться привлечь на терапию созависимого. В работе же с созависимым стратегически важным будет не включаться в системные отношения (система сильнее), а поддерживать в клиенте его психологическую автономию. Общая стратегия в работе как с зависимым, так и созависимым – ориентация на их психологическое взросление.

    Основная цель терапии с клиентами с зависимой структурой личности – создание условий для «психологического рождения» и развития собственного «Я», что является основой для его психологической автономии. Для этого необходимо решить ряд задач в психотерапии: восстановление границ, обретение чувствительности клиента, прежде всего к агрессии, контакт со своими потребностями, желаниями, научение новым моделям свободного поведения.

    Использование метафоры «родитель-ребенок» в психотерапии созависимых клиентов позволяет определить стратегию работы с ними. Психологу/терапевту следует быть безоценочным и принимающим разнообразные проявления Я клиента. Это предъявляет особые требования к осознанию и принятию терапевтом отвергаемых аспектов собственного Я, его умению выдерживать проявления различных чувств, эмоций и состояний клиента, прежде всего его агрессии. Проработка деструктивной агрессии делает возможным выход из патогенного симбиоза и отграничение собственной идентичности [1, с.111].

    Психологу/терапевту придется приложить много усилий в создании доверительных отношений, прежде чем клиент позволит себе больше свобды в выражении собственных чувств и переживаний. Появление на следующем этапе работы контрзависимых тенденций клиента с агрессивными реакциями в сторону терапевта – негативизма, агрессии, обесценивания – необходимо всячески приветствовать. У клиента появляется реальная возможность получить в терапии опыт проявления своей «плохой» части, при этом сохраняя отношения и не получая отвержения. Такой новый опыт переживания принятия себя значимым Другим может стать основой принятия самого себя, что послужит условием для построения здоровых отношений с ясными границами. Терапевту же на этом этапе терапии необходимо запастись вместительным «контейнером» для «складирования» негативных чувств клиента.

    Отдельная важная часть терапевтической работы должна быть посвящена обретению клиентом чувствительности к своему Я и его интеграции. Для клиентов с зависимой структурой личности свойственна избирательная алекситимия, заключающаяся в неспособности осознавать и принимать отвергаемые аспекты своего Я – чувства, желания, мысли. Вследствие этого у созависимого, по определению Г. Аммона, существует «структурный нарциссический дефект», проявляющийся в существовании «дефекта границ Я» или «дыр Я». Задачей терапии на этом этапе работы является осознавание и принятие отвергаемых аспектов Я, что способствует «залатыванию дыр» в Я клиента. Открытие позитивного потенциала «негативных» чувств – бесценные инсайты клиента в этой работе, а их принятие – условие интеграции его идентичности.

    Критерием успешной терапевтической работы является возникновение у клиента собственных желаний, открытие в себе новых чувств, переживание новых качеств своего Я, на которые он сможет опираться, а также способность оставаться в одиночестве.

    Важным моментом в терапии клиентов с зависимой структурой личности является ориентация в работе не на симптомы зависимого поведения, а на развитие идентичности клиента. Необходим о помнить, что Другой, как описывалось выше, выполняет структурообразующую функцию, придающую созависимому ощущение целостности его Я, а в целом – смысла жизни. Ф. Александер говорил об «эмоциональной бреши», остающейся в больном после устранения симптома. Он подчеркивал также опасность психотической дезинтеграции, которая может следовать после этого. Эта «эмоциональная брешь» как раз и обозначает «дыру в Я», структурный дефицит в границе Я пациента. Поэтому целью терапии должно быть содействие пациенту в формировании функционально эффективной границы Я, которая приводит к ненужности зависимого поведения, заменяющего или защищающего эту границу.

    Важным критерием успешности работы с такого рода клиентами является преодолении ими эгоцентрической позиции. Это проявляется в том, что клиент начинает замечать в терапевте и в других людях их человечность – ранимость, чувствительность. Одним из маркеров такого новообразования является появление у клиента чувства благодарности.

    Психотерапия клиента с зависимой структурой личности – долгосрочный проект. Существует мнение, что ее длительность исчисляется из расчета один месяц терапии за каждый прожитый год клиента. Почему эта терапия длится так долго? Ответ очевиден – это терапия не конкретной проблемы человека, а изменение его картины Мира и таких его структурных компонентов, как концепция Я, концепция Другого и концепция Жизни.

    Для иногородних возможно консультирование у автора статьи через интернет.

    Регистрируйтесь на сайте b17.ru и получайте доступ к интересной информации по практической психологии

    Список цитируемых источников

    1. Аммон, Г. Психосоматическая терапия/ Г. Аммон. – СПб, 2000. – 238 с.

    2. Боулби, Дж. Создание и разрушение эмоциональных связей/ Дж. Боулби. – М., 2004. – 232 с.

    3. Винникотт, Д.В. Семья и развитие личности. Мать и дитя/ Д.В. Винникотт. – Екатеринбург, 2004. – 400 с.

    4. Уайнхоллд, Б. Освобождение от созависимости/ Б. Уайнхоллд, Дж. Уайнхоллд. – М.: Класс, 2003. – 22 с.

    5. Mahler, M. On Human Symbiosis and the Vicissitudes of Individuation / M. Mahler. – New York: International University Press, 1968.

    Источник:
    Психотерапия зависимых от отношений клиентов
    В статье речь пойдет не о зависимых от различных веществ людях, а о клиентах с зависимой структурой личности, о тех людях, которые патологически привязаны к Другому человеку. В
    http://www.b17.ru/article/5578/

    ЧЕМ ОТЛИЧАЮТСЯ ЗАВИСИМЫЕ ОТНОШЕНИЯ ОТ ЛЮБВИ

    Установить глубокую эмоциональную связь с другим человеком возможно только обретя психологическую автономию. Эти отношения отличает ощущение радости. Мотивацией вступления в такие отношения является любовь. Глубокое чувствование партнера, сотрудничество и доверительность отличает такие отношения.

    Уважение к своим и чужим границам, к своим и чужим интересам и потребностям – особенность таких отношений. Зрелая любовь говорит: «Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе оптимально реализовать свои способности, даже если это означает, что иногда тебе придется быть далеко от меня и делать что-то без меня». В зрелых отношениях всегда остается большое пространство для удовлетворения своих собственных потребностей, для достижения собственных целей и индивидуального роста личности.

    Настоящая любовь – это не собственническая любовь, она уважает и восхищается партнером, а не использует его для удовлетворения своих потребностей. В зависимых отношениях партнер воспринимается как собственность. Настоящая любовь приносит чувство удовлетворения и ощущение гармонии жизни. В ней мало тревоги и враждебности. В зависимых отношениях нет ощущения удовлетворенности и гармонии, много недовольства и подавленного гнева, много претензий друг к другу.

    По-настоящему любящие независимы друг от друга, автономны, не ревнивы, но в то же время стремятся помочь другому человеку в самореализации, гордятся его победами, великодушны и заботливы. Зрелая любовь говорит: «Я могу прожить без тебя, но я люблю тебя и поэтому хочу быть рядом». Люди зависимые слитны друг с другом, у каждого из них нет отдельной психологической территории. Они ревнивы, они собственники, прожить друг без друга они не могут – их связь принудительна.

    Для настоящей любви способность отдавать, не требуя ничего взамен, – это выражение силы и изобилия. Отдавая, зрелый человек получает удовольствие, и это само по себе является компенсацией его эмоциональных, физических и материальных затрат. Человек, склонный создавать зависимые отношения, ориентирован на любовь-сделку, любовь-эксплуатацию. Он не может давать, не прося ничего взамен, а отдав, чувствует себя использованным, опустошенным, обманутым.

    Зрелый, взрослый человек знает партнера и реалистично оценивает его качества. Но при этом ценит его таким, каков он есть, и помогает ему личностно расти и раскрываться, помогает ради него самого, а не ради того, чтобы он ему служил. У зависимого нет реалистичного представления о партнере. Он не может принять партнера таким, какой он есть, он стремится его воспитать и переделать под себя.

    Зрелый человек уважает своего партнера, его психологическую территорию, его психологические границы. Любовь рождается на свободе и не может существовать в неволе. При посягательстве на свободу она начинает исчезать. В зависимых отношениях психологические границы нарушаются, уважения к партнеру и его психологической территории нет. Ростки любви, если они были, увядают.

    Личная ответственность – неотъемлемая составляющая зрелой любви. В зависимых отношениях либо своя ответственность передается партнеру, либо присутствует гиперответственность.

    Зрелый человек стремится к таким взаимоотношениям, при которых оба партнера имеют возможность полного раскрытия своей индивидуальности и живут в любви друг с другом. Духовно зрелый человек относится к личностному росту и развитию другого человека так же серьезно, как и к своим собственным. Он готов и способен соглашаться с другим, и быть ему опорой, не отрекаясь от своей индивидуальности и не позволяя причинять себе ущерб.

    Источник:
    ЧЕМ ОТЛИЧАЮТСЯ ЗАВИСИМЫЕ ОТНОШЕНИЯ ОТ ЛЮБВИ
    ЧЕМ ОТЛИЧАЮТСЯ ЗАВИСИМЫЕ ОТНОШЕНИЯ ОТ ЛЮБВИ
    http://www.mneploho.net/blogs/ja-nichtozhestvo/chem-otlichayutsja-zavisimye-otnoshenija-ot-lyubvi.html

  • COMMENTS