агрессия в отношениях

Агрессия в отношениях

АГРЕССИЯ В ОТНОШЕНИЯХ

Бытует мнение, что любое проявление агрессии будь это физическая или вербальная, это уже проявление насилия. Агрессия в современном обществе воспринимается как зло и подвергается социальному осуждению.

Но само понятие агрессии можно рассматривать с разных ракурсов. Например, одно из возможных направлений, где агрессия рассматривается, как важнейшая составляющая отношений — это гештальт. Агрессия это не только действие, но и переживание, которое тоже имеет смысл и может быть осознанно и неосознанно, быть предъявлено или скрыто. Действие агрессивное — это всегда некая энергия на предъявление своей границы или определенная энергия на изменения чего-то в среде.

Как проявить себя, показать свое присутствие в контакте с другим человеком, наверное, не молчать и совсем соглашаться, а выражать себя через распознавание своих желаний и потребностей и пытаться о них сказать. Но сначала распознавать: что тебе нужно, нравится, хочется, что приятно, комфортно и приемлемо и так далее. Вот это уже потребует вашей агрессии. Чтобы в контакте с другим человеком предъявить себя со своими желаниями и потребностями, необходимо иногда конфронтировать, идти на компромиссы, договариваться, выслушивать, принимать решения вместе и брать ответственность за все это.

В мировой практике часто пользуются классификацией видов агрессии и её причин американских психологов А. Басса и А. Дарки, которая включает пять составляющих:

  • Физическая агрессия – на другого индивидуума используется физическое воздействие.
  • Косвенная агрессия – происходит скрытым путём (недобрые подшучивания, создание сплетен) или не направлена на конкретного человека (беспричинные крики, топанье ногами, другие проявления взрывов ярости).
  • Раздражение – повышенная возбудимость на внешние раздражители, которая, зачастую, приводит к всплеску отрицательных эмоций.
  • Вербальная агрессия – проявление негативных чувств через вербальные реакции (визг, крики, ругань, угрозы и т. д.).
  • Негативизм – оппозиционное поведение, которое может проявляться как в пассивной, так и в активной форме борьбы против установившихся законов и традиций.

Формы агрессии могут быть самыми разнообразными и разделяются на следующие виды действий:

  • негативные (деструктивные) – позитивные (конструктивные);
  • явные (открытая агрессия) – латентные (скрытая);
  • прямые (направлены непосредственно на объект) – косвенные (влияют через другие каналы);
  • эго-синтонные (принимаются самой личностью) – эго-дистонные (осуждаются своим "я");
  • физические (насилие над физическим объектом) – вербальные (атака словами);
  • враждебные (цель агрессии – непосредственный вред) – инструментальные (враждебность — лишь средство достижения другой цели).

Как проявляется всё это в отношениях? Например, мужчина по своей природе более агрессивен, но это не значит, что всё, что он говорит и делает, будет сопровождаться агрессией, просто если он захочет проявиться как-то более агрессивней, то его голос будет грубее, громче и он сам более авторитарней будет смотреться, нежели чем агрессивно настроенная женщина. Или он может скрывать свою агрессию по разным причинам: может в таких ситуациях избегать прямого контакта, уходить обозленным или молчать, игнорируя партнера в отношениях. Такая скрытая агрессия может быть накопительной и прорвется когда-то, как аффект, и сорвется такой мужчина даже по пустяку и мелочи.

А почему накинется? В паре, где один сдерживает агрессию, второй чаще всего берет на себя вдвойне и становится просто тираном и это может быть женщина, которую в простонародье называют истеричка. Чтобы ей стать она прошла путь от милой и нежной к агрессивной и деспотичной. Как получилось? Она скорее всего хочет того самого мужчину, который стукнет кулаком по столу, а не дипломата — бояку, который избегает злую жену и пытается её угомонить и успокоить. От такой реакции она еще сильнее идет в буквальном смысле в нападение. Сейчас очень распространено, что в отношениях как будто поменялись местами мужчина и женщина.

У женщин с агрессией дело обстоит иначе, если в детстве были в родительских отношениях агрессивные модели поведения. К примеру, насилие в семье физическое, словесная агрессия, ругань, это всё выглядело, как вечный стресс, то чувства страха, тревоги, напряжения были постоянными спутниками будней родителей. То такая девочка, может брать агрессию в свой арсенал, как защиту или если психологическая травма была явная, то может быть реакция «заморозки» чувств. Такое явление очень часто можно наблюдать в дисфункциональных семьях. Такая девочка вырастет в девушку, которая очень стойкая к любым проявлениям агрессии: ругань, избиение и так далее, потому что с чувствами там совсем всё пережато и наглухо закрыто, что самой сложно услышать, что там болит в груди. Это отдельная тема беседы. А мы продолжаем про отношения и агрессию в них.

Женский пол умеет выражать агрессию и по-другому, использую манипуляции, которые и мужчинам не чужды. Вот, к примеру, она может обидеться, да так что на несколько недель, вот и пассивная агрессия, накажу его молчанием, пусть мучается и винит себя, а если не винит, то скажу, как тебе не стыдно, ты бесчувственный и со слезами. Может уйти в подполье и не общаться, избегая контакта глаз, смотря не на человека, а как сквозь него, как будто его нет. Даже покушать не приготовит. Я молчу про то, чтобы и в сексе отказывать….. Про это можно отдельно писать.

Еще один показатель в паре — это наличие скуки, грусти. Маркер сдерживаемой агрессии и напряжения. В таких отношениях часто говорят «Мы не ругаемся….», ну да, а что тогда делаете? Это не есть плюс в отношениях, скорее минус. Такое состояние, как скука — это удерживание и сдерживание энергии на реализацию потребностей и желаний, и как следствие застой и не расходование её.

Агрессия в отношениях

Ира. «Сохранить себя в отношениях»: что это значит для тебя?

Аня. Хороший вопрос для затравки. Потому что «сохранить себя» звучит так, как будто отношения – это какой-то «пожиратель» меня. Как будто, когда я вступаю в отношения, уже есть какой-то конфликт: либо отношения, либо я. Сама формулировка предполагает, что речь идет о конфликтной ситуации. Для меня хороши те отношения, в которых не надо специально сохранять себя, в которых этот конфликт не возникает. Понятно, что мы все равно сталкиваемся чем-то, но если мне не надо по базовым вещам себя отстаивать – например, свое право на одиночество или свое право на отдых, – тогда это комфортные отношения. А если это надо отстаивать, если возникает в отношениях вопрос сохранения себя и мне надо доказывать свою правоту, то для меня это скорее вопрос: нужны ли мне такие отношения, что они мне дают? что мне делать с такими отношениями, в которых мне себя надо отстаивать?

Ира. Поняла. Но это про равные отношения в паре взрослых людей. А если это отношения, из которых ты не можешь выйти, которые ты не выбираешь? Отношения с родителями или с детьми.

Аня. А почему я их не выбираю? Я могу перестать общаться с родителями и точно выбираю форму отношений. И я могу не столько себя отстаивать, сколько настаивать на формате отношений. Потому что если начинаю отстаивать себя, то это глухая защита: ухожу в глухую оборону. С родителями выросшие дети тоже уже равны – и мы, и они взрослые люди. И можно сказать: извините, товарищи, когда вы меня критикуете, мне такой формат отношений не подходит; давайте я буду к вам приезжать, с вами общаться, но вы постарайтесь меньше меня критиковать. А отстаивать себя – это «нет, вы не правы, я хорошая! вы меня критикуете, но я хорошая!». Я знаю, что я хорошая, и знаю, что при этом меня можно критиковать. Только не надо

Ира. «Можете это делать без меня» А если с маленькими детьми отношения, не взрослыми?

Аня. Тут тогда тоже вопрос: я решила завести ребенка и уже сразу готовлюсь отстаивать себя? То есть он мне не в радость? Кого я себе завожу тогда – паразита? Мы немножечко потеряли вкус отношений, что ли. Мы переживаем про себя и теряем удовольствие от отношений. Ну да, конечно, с ребенком появляется больше обязанностей, но и больше прекрасного тоже появляется.

Ира. И иногда это вопрос того, на что обратить внимание?

Аня. Да, на что обратить внимание, чего больше добавлять в этих отношениях. У нас все-таки есть способы воздействия.

Ира. А вот если даже не про обязанности, а про разность темпераментов? Когда мама флегматик, ребенок холерик, и ей трудно?

Аня. Ей трудно, никто не спорит. Но тут вопрос организации – как найти себе помощь, поддержку. Как найти того, кто будет тебя подстраховывать. Мы часто зацикливаемся на парности отношений: есть я и ты, и мы тут друг с другом боремся. Это не вопрос того, что надо треугольники создавать, – нет. Коллективы. Не обязательно все проблемы решать только в диаде, один на один. Если расширить круг – становится проще. А расскажи, что ты об этом думаешь – про сохранение себя и про отношения?

Ира. Для меня так: в отношениях мы разностями своими встречаемся обязательно, и это обязательно конфликт.

Аня. При этом отношения мы все-таки строим на базе совместности. Ты же совсем с непохожим человеком не будешь начинать отношения.

Ира. И тут для меня такая ловушечка, что ли, в отношениях: строим мы их на основе совместности – и это то удовольствие, то приятное, то питательное, то ценное, та база, на чем все строится. И мне очень легко из этого попадать в слияние и начинать не замечать различий и собственных, не общих для двоих, а лично моих ценностей. Куда-то их отодвигать, прятать от самой себя. Как будто так хочется сохранить совместное ценное, так хочется…

Аня: …вкусно

Ира. Да, так хочется, чтобы было вкусно, что начинаю не замечать, где чего жмет…

Аня. Где пересолено, а где пересахарено.

Ира. А отодвигая, я накапливаю количество пересоленного и пересахаренного и забываю о блюдах, которые люблю есть именно я, сама, а не только «мы», когда мы вместе. И потом это отодвинутое становится довольно большим, и хоп! – вылезает вторая сторона: и уже отношения – это борьба, это конфликт, это отстаивание себя, и в них становится нужно бороться за свое место. Поэтому для меня «сохранять себя в отношениях» – это в первую очередь не об отстаивании себя, а о том, чтобы себя замечать, не забывать, не задвигать, – иначе потом приходится отстаивать.

Аня. Из этого очень логично вытекает второй вопрос: «Опираться можно только на то, что сопротивляется» – какие у тебя от этой фразы рождаются ощущения?

Ира. Разные, противоречивые. С одной стороны, мне фраза нравится, и я с ней соглашаюсь. Да, опора – это не то, что прогибается, не то, что сливается; это что-то достаточно прочное, твердое и ясное. Если про границы личности говорить – опираться можно на достаточно ясную границу свою и другого. Но тут в то же время речь про сопротивление. Эта твердая и ясная позиция – она же может быть и негибкой.

Аня. В отношениях важно, чтобы учитывали? Всегда ли возможно учитывать?

Ира. Важно. Думаю, не всегда возможно. И с одной стороны, хорошо быть в отношениях с человеком, у которого достаточно ясные границы, а с другой, сопротивление – это негибкость.

Аня. Границы на то и границы, чтобы они были негибкие, в этом их смысл.

Ира. Почему? А как же гештальтистская идея про здоровье именно гибких границ?

Аня. Красивая идея, но у нее тоже есть границы. Я не могу быть гибкой в месте насилия надо мной. Какие-то вещи для меня еще не насилие, в какой-то момент – уже насилие. И если я начну здесь быть гибкой, то я начну предавать себя. Да, конечно, учитывать другого очень важно, безусловно, но при этом очень важно хорошо понимать, где сопротивление другого и отстаивание им своих границ становится нападением на меня. И опять хочу сказать, что это не «я борюсь с другим человеком и выигрываю или проигрываю в этой борьбе», а это «я строю и выбираю некие отношения и в любой момент могу перестать их строить и выбирать».

Ира. А ты в чем видишь разницу между «я борюсь» и «я строю и выбираю»? Когда «я борюсь с ним» – это как будто бы «я не выбирала этого, вот он мне дан, этот человек, и надо с ним сохранять отношения и бороться за них»?

Аня. Выбора нет, когда я не могу остановиться. Иногда эта борьба становится неким смыслом жизни, когда строительство отношений понимается как борьба: «Вот я его сейчас победю, и тогда будет результат достигнут – я построила отношения». Я про эту разницу говорю. Выстраивание отношений – это возможность учитывать друг друга и быть гибким в тех местах, где это возможно. Мы узнаем друг про друга эти вещи. А в тех местах, где мы негибкие, мы либо подходим друг к другу и можем быть вместе, либо не подходим, и мы настолько разные здесь, что нам не удается быть вместе.

Ира. Значит, есть какая-то зона, в которой я могу гибкой, а потом наступает предел – собственно, твердость и сопротивление границ: дальше нельзя. Для меня это тоже важная разница. И противоречие между твердостью и гибкостью границ тогда снимается: в чем-то они могут быть гибкими, но есть определенная грань. И третий наш вопрос тоже очень связан с выбором: бороться за существующие отношения или выбирать? Строить именно эти отношения, с этим человеком или с другим? «Чинить или менять?»

Ира. Я соглашаюсь. Но мне интересно, когда и из-за чего происходит застревание в каком-то одном способе (только чинить или только менять). Почему человек может не видеть другого варианта? Когда борьба становится смыслом жизни?

Аня. Ну, все проблемы же из детства. Все это выносится из социального, родительского окружения. Иногда на противоречии: «Моя мама меняла мужчин, поэтому я буду с одним чинить отношения до упора, пока не помру совсем».

Ира. То есть контрзависимое поведение получается.

Аня. А иногда так: «Мои родители жили, мучились, но сохраняли семью, и я буду сохранять семью любой ценой».

Ира. Правда, у каждого из нас есть родительские установки – вынесенные из родительской семьи способы жить, вести себя. Вопрос – как обрести свободу от них? Только ли психотерапия помогает расширить взгляд и увидеть другой выход, другой способ?

Аня. Если мы под свободой от родительского имеем в виду полную противоположность, то это не свобода, а контрзависимость. Мне вообще кажется странным сочетание слов «свобода от родительских установок» – это как свобода от своего детства. Мое детство – это часть меня, как я могу быть от него свободной? Это как «свобода от своей ноги» – отстегнул, поставил в уголок и пошел без нее? Тут примерно так же. Так не получится. Мы не можем быть свободными от этого.

Ира. Тогда вопрос, получается не «свобода ОТ», а «свобода В чем?» – свобода выбирать, свобода передвижения.

Аня. Мне нравится больше конструкция «как я обхожусь с…». Как я обхожусь со своими ногами? Вот у меня они коротенькие, например, кривенькие, но мои, я как-то с ними живу – брючки особые надену, дизайнера подключу, что-то придумаю стилистически для себя. И мои коротенькие кривенькие ножки уже превращаются в прекрасный образ. И тут вопрос тоже, как обходиться с родительскими установками, как с ними жить дальше, как их использовать, как их внедрять в свою жизнь: во благо для себя, чтобы они красивой мою жизнь делали? или они будут гирькой, которая привязана к моей ноге, и я ее тащу еле-еле, уже измучалась вся?

Ира. Получается, интересный взгляд у тебя: даже во взрослом возрасте мы не можем избавиться от того, что получаем из родительской семьи?

Аня. А зачем? Откуда у тебя эта идея – избавляться? Тебе так плохо с этим?

Аня. Ну, смотри: ты такой хороший человек, твои родители вырастили тебя такой прекрасной. Зачем от этого освобождаться? Ну, может, есть пара слов, которые тебе повесили, – обидных. Но это же не всё? Есть же помимо этого и что-то действительно хорошее, что делает тебя порядочным, справедливым человеком, – это тоже от родителей.

Ира. Я сейчас не про все родительские установки, не про то, что нужно скопом все взять и от всего освободиться, а про те, которые мешают жить.

Аня. Например, мы с тобой говорили про «чинить или менять». Например, у тебя есть убежденность, что надо чинить отношения, и ты их чинишь до последнего. Ты можешь от этого избавиться и сказать: «Нет, не надо чинить отношения!» Вот как?

Ира. Это будет не избавление от установки, а приобретение другой, противоположной («не надо чинить отношения»).

Аня. Как выглядит избавление для тебя, расскажи? Что значит – освободиться от родительской установки «надо чинить отношения до последнего»?

Ира. Для меня освобождение не обязательно выглядит как противоположный ответ (родители сказали «надо!», а я отвечаю «не надо!») – это не освобождение, это те же яйца, только в профиль, – действительно, контрзависимость. Освободиться – значит задавать себе вопросы: а надо ли? а можно ли починить? а можно ли менять? если чинить до последнего – а где мой предел?

Аня. Как будто ты тогда в этом месте начинаешь сомневаться. Родительская установка однозначная, она не предполагает сомнений. А когда ты освобождаешься от этой однозначности, ты начинаешь думать и смотреть на то, что происходит. И тогда: «Говорят, что отношения надо чинить». – «Хм, ну-ка, посмотрю: вот эти конкретные мои отношения надо чинить или уже не надо?».

Ира. Да, правда, – сомнение как способ отделиться от установки.

Аня. Интересно. Тогда в своих сомнениях мы можем дойти до такой точки: какое поведение партнера можно назвать психологическим насилием для меня? Раздумываем над этой ситуацией (чинить или менять), двигаемся к той самой твердой границе, где гибкости уже нет, – и чем ближе мы к ней подходим, тем ближе мы становимся к насилию: если другой сделает что-то, что перейдет твердый предел моей границы, это будет насилие. Если мучить животных недопустимо никак, ни при каких обстоятельствах, то человек, даже раздавивший таракана, вызовет у кого-то очень неприятные эмоции, и он может это воспринять это как очень жестокий акт насилия. Я не могу завести змею, потому что ее надо кормить живыми мышатами, и для меня это – убийство, которое будет происходить у меня в доме. Это недопустимая ситуация, я не могу на это пойти.

Психологическое насилие проходит там, где есть граница допустимости. Пытки, муки – они для всех одинаковы, но вот точно, стандартно определить границу психологического насилия для каждого человека, наверное, сложно. Она у нас все-таки тонко устроена. У каждого есть шажочек в одну сторону и шажочек в другую сторону, и определяется он именно допустимостью: что я могу позволить в отношении себя, а что уже не могу. А ты как думаешь?

Ира. Для меня вопрос психологического и эмоционального насилия в паре взрослых людей – вообще довольно спорный. Потому что если другой делает что-то, что переходит мою границу, мой предел, – то насилием это можно назвать, если он делает это специально, зная, что здесь мой твердый предел.

Аня. А знаешь, как для меня? Насилие – это когда больно. Если мне наступили на ногу случайно, мне все равно больно. Я, конечно, скажу «ничего страшного», но больно-то мне будет. И я постараюсь не лезть в автобус, в котором много народу, чтобы мне не наступили на ногу и мне не было больно.

Ира. Я бы не приравнивала это к насилию, для меня насилие – это все-таки про намерение.

Аня. Мы сейчас прямо закругляем наш разговор: мы начали его с того, что важно учитывать другого. Но иногда я не учитываю другого не потому, что я такой насильник и противный старикашка, а потому что у меня нет такой способности, нет такой возможности: именно в этом месте учитывать. Я наступаю постоянно людям на ноги не потому, что я хочу это делать и намерен это делать, а так я устроен, я неуклюжий. И есть люди, которым это ужасно-ужасно и они не будут со мной общаться, не будут вступать со мной в отношения. А есть кто-то в тяжелых железных ботинках и ему пофиг, что ему на ноги наступают, – и нормально, они нашли друг друга, прекрасные отношения.

Ира. Поэтому мне и не кажется это насилием – когда человек наступает на ногу не специально.

Аня. То есть ты бы была в отношениях с таким человеком – босиком бы ходила вокруг, тебе было бы постоянно больно, но ты бы говорила: «Но он же нечаянно. Ну ничего, я потерплю…»?

Ира. Нет, не была бы. Но и не называла бы это насилием. Для меня насилие – это когда я по каким-то причинам не могу уйти из этих отношений: например, я ребенок, а это моя мама постоянно наступает мне на ноги. А если мы два взрослых самостоятельных человека, то это мой выбор – уйти или оставаться и терпеть по каким-то своим причинам: «Да, он постоянно наступает мне на ноги, но зато готовит вкусную кашу» – и я ради этого смиряюсь. Или покупаю себе тяжелые ботинки

Аня. Смотри, как интересно: то есть у тебя есть ощущение, что взрослый человек может уйти из любых отношений?

Ира. Из любых отношений с другим взрослым человеком, если другой в этих отношениях его регулярно ранит, наступает ему на его тонкие места – если разрушения, которые приносит другой, больше, чем то ценное, что он дает.

Аня. Звучит уже как про насилие – «разрушения», «ранит»… Эмоционально вроде про насилие, но говоришь: нет, не насилие. А как же тогда идея чинить отношения? Мы же все-таки до какого-то предела остаемся, не уходим?

Ира. Предел у всех разный. Я тут согласна с тобой – общего ответа нет, каждый сам определяет его по-своему.

Аня. И тогда мне кажется, то, что есть насилие, – каждый человек сам для себя определяет. Ты как будто сейчас пытаешься найти формулировку насилия общую для всех. А я как раз говорю, что у нее тоже есть некий период, в котором она гибкая.

Ира. Для меня насилие как название, как термин – это про неравенство сил. Например, статус не равный (скажем, учитель – ученик), возраст (взрослый – ребенок), численное превосходство, физическая сила…

Аня. У двух взрослых психологические силы тоже очень разные. То, что мы два взрослых, – не означает, что мы обладаем одинаковыми психологическими силами.

Ира. Для меня неравенство психологических сил и возможностей двух взрослых людей – это сейчас новая идея.

Аня. Давай оставим ее нашим читателям для раздумий. Поставим тут знак вопроса. У всех у нас разные психологические возможности и силы, и как мы доходим до насилия или не доходим, как мы этим пользуемся – это интересно.

Панель авторизации

Если Вы ещё не зарегистрированы в системе — пройдите легкую регистрацию прямо сейчас. При утере пароля пройдите процедуру восстановления пароля к аккаунту.

Агрессия и отношения Агрессия – это инстинктивная форма поведения, основная цель которой является самосохранение и выживание в окружающей среде. Степень и форма проявления агрессии зависят от индивидуальных особенностей личности человека, его характера, психологических установок, приобретенных в течение жизни.

Агрессия — индикатор нашего невежества.

Эмоции играют злую шутку

И потеряв контроль хоть на минутку,

Агрессия (от лат. aggressio — нападение) — это инстинктивный защитный механизм, реагирующий на угрозу из внешней среды. «Агрессивность» — это особенность человека, проявляющаяся в готовности трактовать как враждебное поведение другого человека. Возникая в экстремальной ситуации, закрепляясь на подсознательном уровне, агрессия довольно часто проявляется как неуверенность человека в собственных силах, как в личной жизни, так и в отношениях в обществе. При отсутствии навыков конструктивного решения конфликтов, возникающих проблем, агрессивность значительно понижает возможности самореализации человека.

Можно выделить три основные причины агрессивного поведения человека:

— чувство страха, угрожающее собственной безопасности;

— столкновение с преградами при удовлетворении некоторых потребностей;

— поиск и отстаивание своего «Я», стремление к самореализации.

Агрессивность характеризуется такими проявлениями характера, как импульсивность, стремительность, напористость, раздражительность, вспыльчивость, резкость, грубость, прямолинейность. Агрессивностью мы также называем силу, с которой человек выражает свою любовь или ненависть к себе или другому. Уровень агрессивности определяется индивидуальными особенностями личности (см. статью «Роль и функции психолога»).

Люди делятся на счастливых и тех, кто не видит своего счастья.

Известно, что очень многие люди сильно зависимы от инстинктов, действуют неосознанно, импульсивно. Ими движет не рожденная культура, а управляют гормоны, биохимия желез. Современные люди, в подавляющем большинстве, переживают острый конфликт между двумя этими полюсами. Это различие фундаментально: оно дает верный ключ к осознанию проблем, стоящих на пути построения отношений. В частности, можно сказать, что смысл жизни – родиться человеком (животное рождение уже состоялось), разорвать инстинктивную связь стимул-реакция и заполнить ее сознанием (см. статью «Свидание. Главный женский вопрос»).

Если мужчина сделал тебе больно, не отвечай ему тем же. Сделай ему добро, а потом, когда он расслабится, огрей его сзади сковородкой

Поверхностно изучив поведение и привычки партнера, ставим на этом точку, думая, что все о нем знаем. Со временем он становится нам неинтересен. Критиковать становится гораздо легче, чем приводить в порядок отношения (см. статью «Брак. Правила взаимоотношений»). Проявление деструктивной агрессии – это конфликтный способ разрешения проблем (см. статью «Брак. Базовая мотивация»). Это спор о том, кто лучше, а кто хуже. На партнера идем войной, вместо того, чтобы отогреть его до состояния хорошего. Добро делается из зла потому, что его больше не из чего делать. Трансформация отношений состоит не в том, чтобы оставить только хорошее, а в том, чтобы все, что есть в наличии, преобразовать в хорошее и поддерживать в этом состоянии.

Причины мужской деструктивной агрессии лежат в подсознательном желании завоевать женщину. Завоевание женщины (после периода ухаживаний, оказания помощи, знаков внимания), в итоге, на уровне подсознания мужчины ориентирует его на покорение и присвоение самки самцу-победителю (см. статью «Мужское поведение»). В список главных причин мужской агрессии также попали — огромное желание многих мужчин повысить свой собственный социальный статус и, главное, стать намного привлекательнее в глазах представительниц противоположного пола.

Причины женской деструктивной агрессии. Если мужчина не реагирует на «женские сигналы» (намеки, фразы, капризы, флирт, телесные позы), то у женщины зарождаются сомнения в своей ценности и она неосознанно начинает хаотически реагировать. Частые обиды, слезы, плохое настроение, мигрени не решат проблему (см. статью «Женское поведение»). Женщина трактует отказы во внимании так, будто «она никому не нужна и ее никто не любит». Мысль, что ее не ценят, что ее любовь неоцененна — может сделать из женщины неадекватного агрессора. Самая большая ошибка партнера – реакция войной. Если вы хотите потерять друг друга – это как раз тот путь.

Не «кормите» деструктивную агрессию. Ее можно снять физической нагрузкой, быстрой ходьбой, юмором или просто сделать паузу. Лекарство от деструктивной агрессии – быть человеком. Для понимания и конструктивного устранения причин деструктивной агрессии нужна работа над собой, специальная психологическая подготовка.

Агрессия… И как бороться с нею?

Когда ее с годами все труднее

Извлечь, изъять из сердца человека…

Скрытая агрессия в отношениях

Жизнь человека без агрессии невозможна. Другое дело, что какие-то из форм агрессивного поведения (например, крик, рукоприкладство и т.д.) могут пугать, а поэтому — с детства пресекаются, называются плохими и недопустимыми. Но мало кто из родителей говорит ребенку: переживать злость и выражать ее словами, интонацией, жестами – ты можешь, а вот ножик со стола брать и размахивать им – категорически нет. Обычно агрессия пресекается в полном объеме, даже на уровне переживания и осознавания. «Успокойся! Чего раскричался?! Ты что, ненормальный?». И ничего не остается как все время сдерживать себя, чтобы не испытывать стыд за переживание злости и раздражения перед значимым взрослым.

Тогда уже взрослому человеку ничего не остается, как искать иные пути для проявления сепарационных чувств – тех, которые маркируют автономность, отдельность организма от всех других, наличие собственных потребностей.

Такой человек вряд ли предложит какую-либо компенсацию за нанесенный ущерб, скорее он будет стараться обвинить в ситуации кого-то или что-то третье, но не себя. «Ну, ты понимаешь, так получилось…». Ведь у него не отрегулировано чувство внутренней ответственности за свою жизнь, также, как не отрегулирована здоровая способность выражать агрессию – в четких формах, отказах, выставлении собственных границ и уважении к границам другого. Это функция плохо осознается и практически не работает.

Послания, которые маркируют скрытую (или пассивную) агрессию:

«Я обещал, но появились другие дела, позвонил Ваня и сказал…и мне пришлось…»

«Ты должен понимать, что я человек подневольный…»

«В следующий раз будет, как ты хочешь»

«Ладно уже, хватит злиться на меня»

Близость со скрыто-агрессивным человеком

В отношениях с таким человеком велик соблазн начать его контролировать, отчитывать, учить, как нужно обходиться с людьми, что плохо, а что – хорошо. «Ну посмотри, что ты наделал! Как же так можно!». То есть занять по отношению к нему родительскую роль. Такая стратегия, конечно, на время может помочь – боящийся неодобрения, скрыто агрессивный человек будет пытаться «успокоить» разнервничавшегося другого и временно побудет «паинькой». Но только все утихнет, скрыто-агрессивные манипуляции начнутся снова. И так – по кругу.

Если удержаться и не занимать родительскую роль, можно отыгрывать ответный гнев зеркальным способом – делать «ответные подставы», опаздывать на более длительное время, обещать и не выполнять что-то и так далее. Всячески конкурировать, кто кого более «сделает». Венец таких отношений – «то на коне, то под конем», «то ты, то тебя». Усталость, истощенность, постоянный голод по близости, спокойствию, доверительному контакту.

Если оставаться в равноценной позиции по отношению к такому человеку, придется выдерживать его скрытые агрессивные посылы и все время настаивать на компенсациях за нелегальные формы взлома границ. Возможно, это станет утомительным занятием, которое рано или поздно надоест (ведь придется прилагать много усилий, чтобы получить хоть что-то «съедобное» в отношениях) и захочется увеличить дистанцию. Интерес к взаимодействию будет снижаться.

Психотерапия скрыто-агрессивного клиента

В процессе психотерапии скрыто-агрессивного клиента, если таковой обратился, основная задача – восстановить здоровую функцию проявления дентальной агрессии, то есть такой, которая помогает что-то взять или чего-то добиться («сгрызть») в отношениях. Переход от манипулятивных форм достижения желаемого, к прямым, легальным формам. «Я это — хочу, а это — не хочу. Имею на это право и не переживаю токсический стыд или вину за собственную уникальность». Такой клиент нуждается в навыке отвергать и выдерживать отвержение, не переполняясь чувством обиды или вины, а переживая уверенность и, возможно, некоторую грусть или сожаление.

Перепечатка материалов разрешена только с указанием авторства и активной ссылки на сайт.

Источники:
Агрессия в отношениях
АГРЕССИЯ В ОТНОШЕНИЯХ Бытует мнение, что любое проявление агрессии будь это физическая или вербальная, это уже проявление насилия. Агрессия в современном обществе воспринимается как зло и
http://www.b17.ru/article/88087/
Агрессия в отношениях
Ира . «Сохранить себя в отношениях»: что это значит для тебя? Аня . Хороший вопрос для затравки. Потому что «сохранить себя» звучит так, как будто отношения – это какой-то «пожиратель»
http://www.agressia.pro/agressia-otnoshenia/
Панель авторизации
Агрессия – это инстинктивная форма поведения, основная цель которой является самосохранение и выживание в окружающей среде.
http://medqueen.com/otdyh-i-ozdorovlenie/psihologiya/psihologiya-statya/419-agressiya-i-otnosheniya.html
Скрытая агрессия в отношениях
Что такое скрытая (пассивная) агрессия, как ее распознать в отношениях. Как влияет скрыто-агрессивное поведение на общение с людьми, какие типы взаимодействия возможны. Терапия скрыто-агрессивных клиентов.
http://elenamitina.com.ua/publications/skrytaya-agressiya-v-otnosheniyah.html

COMMENTS