Элитарный стиль взаимоотношений это

Массовое и элитарное в контексте потребления

Методологически направления в изучении элитарного и массового, с нашей точки зрения, представлены в трех планах. Во-первых, элитарное/массовое можно рассмотреть как ментальный феномен, например, вкус или мировоззрение. Во-вторых, как соответствующие социальные нормы и ценности, например, закрепленные в текстах. И, в-третьих, как внешне наблюдаемое поведение, понимаемое как следствие тех или иных представлений и/или следование за определенными социальными образцами. В этой связи полагаем эвристичным дифференцировать и описать массовое и элитарное посредством анализа потребления, постулируя неразрывную связь между определенным социальным классом и потребительскими практиками.

Под потреблением понимаем извлечение экономических благ из товарного оборота и присвоение их полезных свойств с целью удовлетворения потребностей человека [1].

Многие исследователи подчеркивают, что потребление в ситуации постмодерна начинает выполнять важные социальные функции, в частности функции социального воспроизводства и поддержки существующих классовых и культурных различий; коммуникативную функцию, манифестирующую социальный статус индивида и др. (Т. Веблен, С.А. Ушакин, В.И. Верховин).

Вообще в маркетинге как системе технологического управления сбытом и производством посредством формирования тех или иных потребительских предпочтений можно выделить два основных подхода к пониманию рынка, производства и, соответственно, потребления. Первый предлагает рассматривать рынок как агрегированный (совокупный) феномен. Соответственно используется так называемый «массовый маркетинг» и массовое производство идентичных товаров и услуг. Здесь элитарность в потреблении исчезает пропорционально росту массовости производства. Конвейерное производство создает и воспроизводит массового и универсального потребителя. Современный либерализм уменьшил силу и жесткость давления социальных норм на «чистоту вкусов», что привело к диффузности социальной структуры, а также к проявлению феномена «потребительской всеядности», свойственному постмодерну.

Второй подход предполагает рассмотрение сегментированного рынка, когда потребители подразделяются на сегменты, и поддерживается элитарное потребление (производство и продвижение соответствующих товаров и услуг). В рамках данного подхода каждый производимый товар и услуга четко позиционируются по шкале «массовый — элитарный», а реклама наделяет товары соответствующими стратификационными знаками.

Реклама, таким образом, становится основным учебником по социальной семантике, раскрывающим иерархию товаров, определяющим соответствие товаров тем или иным социальным ситуациям, а также информирующим потребителя о моральной смерти товаров и необходимости скорейшего потребления новых образцов. Сегодня можно с уверенностью сказать, что нет ничего в социальности, аксиологии, политике и т.д. и т.п., что бы не имело коррелята, альтер-эго в потребительских товарах.

Целесообразно подчеркнуть, что современное элитарное потребление требует произвольного поддержания и продвижения со стороны маркетинга. Связано это с тем, что существующие до эпохи массового производства социальные механизмы регулирующие элитарное потребление перестают быть эффективными.

Можно предположить, что эти две тенденции представлены как в реальном производстве, так и имеют место в динамике социальной структуры общества и ментальной структуры индивида. Конкуренция между глобализацией и «либерализацией» потребления, с одной стороны, и его элитизацией, с другой, создает сложную и многоуровневую ситуацию современного потребления. Приведем конкретные примеры.

Т.С. О’ Гуинн, К.Т. Ален и Р.Дж. Семеник приводят результаты интересного исследования «глобальный тинэйджер» [2]. Исследователями была осуществлена видеосъемка жилых комнат подростков из 25 стран разных континентов. Оказалось, что по видео невозможно определить, кому принадлежит комната – американскому, японскому или немецкому подростку. В каждой из них были футбольные мячи, джинсы Levi, куртки NBA и видеоигры Sega.

Однако было бы неверным констатировать отсутствие потребительской элитарности в большинстве потребительских аудиторий. Очевидно, что элитарные товары и услуги в ряде случаев хорошо известны и универсальны. Например, мы относим к спорту высших классов общества теннис, но не боулинг, шахматы, а не шашки, одежду от Tommy Hilfiger, а не джинсы Lee, автомашину Volvo, а не Chery [там же]. Потребление элитарных товаров и услуг помогает наращивать и изменять объем и структуры капиталов, определяющих властный ресурс потребителя.

П. Бурдье выделяет следующие виды капиталов: экономический капитал (материальные блага), культурный капитал (культурный уровень, образование), социальный капитал (семья, друзья, церковь, клубы и т.д.) и символический капитал как разновидность социального (авторитет, репутация) [3]. Автор также подчеркивает, что всякое потребление вне зависимости от цели актора, во-первых, является «явным, бросающимся в глаза» (социальная, манифестирующая, коммуникативная функция), а во-вторых, является всегда «различительным», т.е. дифференцирующим агента [там же].

Другими словами, элитарное потребление возможно в рамках всех четырех капиталов и главной его функцией является манифестация о принадлежности потребителя к определенному социальному классу, а также четкая его дифференциация в континууме потребительских практик.

В каждом социальном классе складываются свои специфические количественно-качественные нормы потребления. Причем стратификационная нагрузка потребления становится основной – стратификационный знак современности – это потребление, а не происхождение, род или величина банковского счета.

Предполагаем, что каждому социальному классу соответствует свой специфический профиль элитарного потребления по каждому из капиталов. Совокупность актов потребления образует «стили жизни», феномен качественно отличный от «демонстративного потребления» или стратификационных атомарных знаков. Стиль жизни в концепции П. Бурдье – это «целостное множество отличительных предпочтений», выражающих одну и ту же «выразительную интенцию» [4]. На наш взгляд, элитарным нельзя назвать атомарный потребительский акт, элитарным или массовым является именно стиль жизни.

Стили жизни распределяются на вертикальной шкале от низших классов к высшим, причем трансляция стилей жизни не обязательно идет сверху вниз. Например, потребление пива, которое первоначально считалось напитком «для народа» (в Европе была широко распространена пословица — «Пиво – это вино для бедных») в XX веке становится характерным и для высших слоев общества. Полагаем, что это стало результатом маркетинговых действий – создание премиум и суперпремиум-брендов пива. Еще един пример связан с потреблением культурных продуктов — потребление джаза высшими слоями общества, который ранее считался «вульгарным» и «низкопробным».

П. Бурдье считает, что в обществе ведется постоянная борьба за легитимизацию и повышение статуса той или иной классовой культуры (повышение стоимости культурного капитала), в связи с чем в современных обществах возрастает значимость культурного потребления [там же].

Люди выбирают некоторые бренды потому, что считают, что пользование этими товарами создает определенный имидж, приближает их к референтной группе, манифестирует другим членам этой группы, что он также принадлежит к ней.

Предполагаем, что различные капиталы обладают различной емкостью элитарности, и элитарное потребление постепенно из сферы экономического капитала переходит в сферу культурного и социального. Самый элитарный товар может быть приобретен в кредит, выигран в лотерею и т.д. По крайней мере, потребление в сфере экономического капитала более либерально и открыто, чего нельзя сказать о культурном и социальном потреблении – здесь остаются целые анклавы элитарного потребления, подчас выступающего в качестве классообразующего признака.

При дефиците символических средств, т.е. отсутствии достаточных ресурсов, включая знание социальной семантики (какие потребительские товары и как могут наращивать те или иные капиталы), потребление может развиваться в количественной прогрессии как простое количественное наращивание приобретаемого. С другой стороны, дефицит экономического капитала приводит к компенсации этого дефицита. Например, С.А. Ушакин приводит результаты исследования Б. Гринберг среди американских ценителей искусства, в котором было выявлено, что потребление «высокого искусства» среди общенациональных групп наиболее интенсивно среди людей, занимающих очень престижные должности, но имеющих сравнительно низкий уровень дохода [5].

Соотношение капиталов в потреблении зависит от нескольких факторов. Можно предположить, что к таковым относятся уровень материального достатка и уровень культурного развития (как сформированная потребность в систематическом потреблении объектов культуры). По мнению П. Бурдье, потребление разворачивается на континууме от «вкуса от нужды» до «вкуса к роскоши» (или «вкуса к свободе»). Чем дальше от «вкуса от нужды» (низкий материальный уровень при невыраженных культурных запросах), тем большее значение как детерминационного фактора приобретает культурное потребление, выступающее как способ идентификации и легитимизации своего статуса и т.д.

Таким образом, можно сделать некоторые предварительные выводы.

1. Два маркетинговых подхода определяют присутствие разнонаправленных тенденций в производстве и продвижении товаров и услуг. Первая – массовый рынок и неразличимые массовые товары. Вторая – сегментированный рынок и, соответственно, производство, и продвижение элитарных товаров и услуг.

2. Основным маркетинговым механизмом поддержания и продвижения элитарных товаров и услуг является четкое их позиционирование по шкале «массовый — элитарный» и внедрение соответствующих потребительских образов и мотивов в массовое сознании целевых групп.

3. Основным детерминационным механизмом элитарного потребления является имманентно присущая социуму интенция в легитимизации и повышении статуса той или иной классовой культуры.

4. Социальные механизмы поддержания элитарности в потреблении ослабевают и становятся неэффективными. Этот дефицит восполняет реклама и другие средства маркетинговой коммуникации.

5. Потребление позволяет манифестировать знание социальной семантики, четкое следование нормам и правилам, принадлежность к социальному классу, а реклама выступает своеобразным учебником по стратификации.

6. Потребление элитарных товаров и услуг помогает наращивать и изменять объем и структуру капиталов, определяющих властный ресурс потребителя.

7. Стили жизни распределяются на вертикальной шкале от низших классов к высшим, причем трансляция стилей жизни не обязательно идет сверху вниз.

8. Акцент потребительской элитарности в постмодерне смещается с экономического на культурный капитал, в котором в большей степени представлены стратификационные знаки престижа и элитарности.

1. Гусев Д.К. Социально-психологические факторы, влияющие на экономическую деятельность и функционирование экономической сферы//Материалы выступлений II Международной научно-практической конференции КРСУ/Под общ. Ред. Ивановой И.И. Бишкек, 2004. с. 238-245.

2. О’ Гуинн Т.С. , Ален К.Т., Семеник Р. Дж. Реклама и продвижение бренда. С-Пб., 2004. с. 298.

3. Бурдье П. Различения: социальная критика суждения//Экономическая социология. 2005. т.6.№ 3. с. 25-48.

4. Бурдье П. Рынок символической продукции//Вопросы социологии. 1993, № ?. с. 49-62.

5. Ушакин С.А. Количественный стиль: потребление в условиях символического дефицита//Социологический журнал. 1999. № 3-4. с. 187-214.

Овруцкий Александр Владимирович

кандидат психологических наук, доцент

Горизонты культуры: от массовой до элитарной. Материалы IX ежегодной международной конференции 16-17 ноября 2007 г. –СПб., Санкт-Петербургское философское общество, Роза мира, 2008.

Источник:
Массовое и элитарное в контексте потребления
Массовое и элитарное в контексте потребления Психология рекламы Статьи и публикации различных изданий о рекламе. В этом разделе вы найдете статьи о наружной рекламе, рекламе в сети Интернет и о других …
http://tochka42.ru/biblioteka-reklamschika/article_post/massovoe-i-elitarnoe-v-kontekste-potrebleniya/

Попустительский стиль управления

Автор Татьяна в 10/04/2014 . Опубликовано Социальная психология Последнее обновление: 10/04/2014

Попустительский стиль управления коллективом известен также как либеральный. Это один из тех стилей управления, в которых лидеры абстрагируются от руководства как такового и позволяют членам группы самостоятельно принимать решения. Исследователи обнаружили, что, как правило, этот стиль управления приводит к низкой производительности каждого из членов коллектива.

Обычно попустительский стиль управления характеризуют:

  • незначительное количество либо полное отсутствие указаний от руководителя;
  • для подчинённых — полная свобода действий в ходе принятия решений;
  • инструменты и ресурсы, необходимые для решения задач коллектива предоставляются руководителем;
  • члены группы решают проблемы самостоятельно.

Попустительский стиль руководства может быть эффективным в ситуациях, когда члены группы имеют высокую квалификацию, мотивированы и способны работать самостоятельно. Несмотря на то, что слова «попустительство» и «невмешательство» подразумевают абсолютное отсутствие влияния лидера на группу, многие руководители всё-таки остаются открытыми и доступными для членов коллектива — стараясь, таким образом, проводить консультации и получать обратную связь.

Либеральный руководитель не самый лучший вариант в ситуациях, когда членам группы не хватает знаний или опыта, в такой ситуации просто безответственно заставлять подчинённых выполнять задачи и принимать сложные решения. Некоторые люди не способны самостоятельно установить оптимальные сроки сдачи работы, управлять своими собственными проектами и решать возникающие в ходе работы проблемы. В случаях, когда члены команды не ощущают достаточно уверенного руководства или не получают обратную связь от руководителей, проекты могут выполняться не по намеченному заранее плану, сроки могут быть сорваны.

Источник:
Попустительский стиль управления
Попустительский стиль управления коллективом известен также как либеральный. Это один из тех стилей управления, в которых лидеры абстрагируются
http://aboutyourself.ru/socpsixologiya/popustitelskij-stil-upravleniya.html

Проявления элитарных ориентаций в различных сферах обыденной жизни

Проявления элитарных ориентаций в различных сферах обыденной жизни

Если этих примеров реальности элитарных ориентаций недостаточно, то вспомните случай, когда вы на каком-нибудь дне рождении, в театре, или просто на отдыхе, или в купе поезда находились рядом с известным на всю страну человеком (у многих было что-то подобное). В подавляющем большинстве случаев человек остается неравнодушным к такому «событию» и часто потом рассказывает (хвалится) о такой своей удаче. А смысл таких рассказов часто сводится к тому, что и «мы не лыком шиты», и «мы с элитой рядышком сидели» («рядом с золотом лежали». ). И это не должно никого обижать — это психологическая реальность.

Вопрос лишь в том, чтобы сделать такие элитарные ориентации, то есть ориентации человека на лучшее, предметом специального рассмотрения в психологии.

20. Элитарные ориентации в профессиональном и личностном самоопределении Успехи в труде как основа чувства собственного достоинства

В профессиональной ориентации одним из важных факторов самоопределения является «престижность выбираемой профессии» (см. Климов, 1990). Все больше появляется теорий элитарности (социальной стратификации), где акцент делается на отношение к профессиональной деятельности, например, теория Дональда Дж. Треймана, где положение человека определяет престиж его профессии, или теория У. Ллойда Уорнера, где принадлежность к тем или иным классам зависит от знатности и его рода занятий (см.Фролова, 1995. — С. 13—16).

В последнее время психологи все больше говорят о новой интегративной науке акмеологии (от древнегреч. «акме» — вершина), связанной с высшими достижениями профессионального и жизненного развития. При этом, как отмечает Е. А. Климов, достижение вершины профессионального

развития «не есть статичная ступень — «дошел», «уселся» на нее, «достиг» — это «реальности функциональные», это не «окаменелости», а процессы; все время должна происходить деятельность по поддержанию, коррекции, оптимизации достигнутого состояния» (Климов, 1995. — С. 6, 25).

Сразу же возникает проблема выделения критериев наивысших профессиональных достижений (критериев «акме»). В этой связи А. А. Бодалев отмечает: «Признание или непризнание выдающихся достижений человека большинством людей, будь они даже специалистами в той области, в которой проявил себя этот человек, еще не означает, что он достиг или не достиг вершины в своем развитии. Показателем достигнутого уровня акме является все-таки практика: насколько свершенное человеком действительно работает или будет работать на социальный и технический прогресс, . на преумножение ценностей жизни и культуры. на более глубокое постижение законов развития природы, общества и человека» (Бодалев, 1995. — С. 119).

В психологическом плане интересно как раз то, насколько сам человек осознает, ощущает, переживает и чувствует свою социальную значимость (значимость своего труда для окружающих или даже для культуры в целом). Идея «чувства сопричастности человека с обществом» лежит в основе преодоления чувства собственной неполноценности (например, в индивидуальной психологии А. Адлера).

Как уже не раз отмечалось, элитарность неоднозначна и противоречива. Чтобы лучше понять принципиальную разницу между подлинной элитарностью, связанной с высшими проявлениями человеческого духа, и мнимой элитарностью, больше ориентированной эгоистически, полезно рассмотреть эволюцию взглядов А. Адлера по проблеме развития у людей чувства собственной значимости. Условно можно выделить три основных периода в творчестве Альфреда Адлера (см. Дрейкурс-Фергюсон, 1995):

1) предполагалось, что органическая неполноценность не оказывает прямого воздействия на поведение (одни люди

обращают неполноценность в компенсирующие ее достижения, другие — становятся слабыми и пассивными).

2) Все меньше внимания обращалось на органическую неполноценность и больше — на чувство неполноценности. Предполагалось, что субъективное чувство не зависит от состояния органов тела (где чувство — это система взглядов и установок, а не только эмоции и ощущения). Больший акцент — на стремление человека к преодолению чувства неполноценности. Главная движущая сила человека — стремление к власти, к превосходству; «отрицательные» чувства могут быть преодолены в результате стремления к приобретению «положительных» качеств.

3) Все меньшее значение придавалось стремлению личности к превосходству («вертикально ориентированный процесс»), а в качестве более важного выделяется стремление к содействию и равенству с другими («горизонтально ориентированный процесс»). Главная движущая сила — стремление быть принятым в обществе людей, найти себе место в нем и содействовать благополучию других. «Если человек не удовлетворен своим положением среди других людей и не может внести вклад в общее дело, он будет преодолевать чувство неполноценности стремлением к превосходству и исходить при этом из своих ошибочных представлений», — отмечает Е. Дрейкурс-Фергюсон, известный представитель неоадлерианства, последовательница А. Адлера (там же. — С. 8).

«Индивидуальная психология» А. Адлера указывает на то, что личность является неделимым целым. «Жизненный стиль» — это единство личности, обеспечивающее такую целостность. Личность состоит из антагонистичных частей, но при этом личность (по А. Адлеру) — это часть общества. Главное, в чем нуждается любой человек, — это потребность чувствовать себя принятым, найти свое место среди людей: «. каждый человек стремится стать значительным; но люди ошибаются, если они не понимают, что эта значительность может быть достигнута лишь благодаря их вкладу в жизнь других» (там же. — С. 12—13).

А. Адлер вводит понятие «чувство сопричастности с обществом», «чувство для общества» (от нем. — Gemeinschaftsgefhl). Это чувство включает и сознание, и эмоции, и отношение к обществу, его благополучию. Это чувство зарождается еще в детстве и требует постоянной заботы со стороны психологов и воспитателей, иначе целостной личности не получится.

«Мировоззрение и цели формируются у ребенка намного легче, чем у взрослого, поэтому детство — идеальное время для развития социальной заинтересованности. цель адлерианской психотерапии состоит в том, чтобы помочь ребенку углубить чувство социальной заинтересованности» (там же. — С. 16). Адлерианцы пытаются понять «личную логику» каждого человека и определить его индивидуальное восприятие и интерпретацию мира и себя в этом мире. Интерпретация воспринимаемых событий называется «апперцепцией», которая происходит на разных уровнях, в том числе и в межличностных отношениях (там же. — С. 26).

Данные рассуждения интересны в контексте рассмотрения проблемы так называемой ранней (детской) профконсультации. Е. Дрейкурс-Фергюсон пишет: «. индивид в детстве создает, составляет план, задает направление своей жизни — как к ней приспособиться, вырасти и решать жизненные проблемы. Ребенок уже в раннем детстве имеет простые планы и собственные цели. В дальнейшем оценки ребенком непосредственных обстоятельств начинают интегрироваться во «взгляд на жизнь». Вначале это «черновой вариант», но путем проб и ошибок он оформляется в связную концептуальную схему.

Таким образом, в возрасте 5—6 лет ребенок уже имеет жизненный стиль, который является способом его отношения к миру, поскольку содержит основную «Я»-концепцию, жизненные задачи, мировоззрение и модели поведения в ситуациях. Жизненный стиль остается относительно постоянным в течение всей жизни. Если учителя, психологи-консультанты и родители понимают логику развития ребенка и помогают ему обрести разнообразный позитивный жизненный

опыт, тогда ребенок и после шести лет будет способен изменять и совершенствовать свой жизненный стиль. Но когда ребенок не имеет подобного опыта и разнообразных альтернатив во время учебы в младших классах, он, скорее всего, усвоит жесткую систему взглядов и соответствующее мировоззрение» (там же. — С. 27—29).

Жизненный стиль как ядро личности обеспечивает единство, индивидуальность, связность и устойчивость психического функционирования. Отдаленная жизненная цель, «Я»-концепция и мировоззрение личности намечают план, по которому выстраивается «здание» его жизни (там же. — С. 29).

К сожалению, у немалой части людей еще с детства начинает формироваться иное представление о «выдающихся достижениях» в труде и, соответственно, иное представление о собственной значимости. Например, восхищение многих обывателей, а соответственно, и у воспитываемых ими детей, вызывают люди, сумевшие построить «карьеру» даже в том случае, если ничего полезного для окружающих (и для общества в целом) они не сделали. Нередко такое восхищение вызывают даже предприимчивые негодяи или удачливые преступники, которые на уровне обыденного сознания также часто воспринимаются как «люди успеха».

Само понимание успеха (тесно связанное с представлением об элитарном) очень неоднозначно. Такая неоднозначность проявляется не только в этическом плане (что имеет общественную ценность, а что нет), но и в самом процессе профессионального самоопределения. Например, на ранних этапах развития субъекта труда многое определяется тем, насколько воспитатели и родители сумеют сформировать у ребенка позитивное отношение к честному и творческому труду. Для абитуриента успех нередко связан с поступлением в престижное (в его понимании) учебное заведение. Для студента на первый план выходит «успешная учеба», но также и учебно-профессиональные контакты с наиболее авторитетными и опять же «престижными» преподавателями. При этом и абитуриент, и студент уже начинают понимать,

что кроме реальных успехов, связанных с усвоением и демонстрацией своих знаний, существует еще и «успех», связанный с выстраиванием престижных и «выгодных» для дальнейшей карьеры межличностных отношений.

Еще в большей степени понимание необходимости приобщения к социально-профессиональной «тусовке» приходит на этапе профессиональной адаптации и в ходе дальнейшего развития профессионала. «Специалист в тусовке» имеет особые преимущества по сравнению с обычным специалистом. Правда, принадлежность к таким «тусовкам» часто препятствует подлинной творческой самореализации. Поскольку работник вынужден постоянно оглядываться на ценности своей профессиональной группы и учитывать так называемое общественное мнение.

В целом у каждого работника есть выбор критерия самоуважения и профессионального самоощущения: либо это ориентация на ценность самого труда, либо это ориентация на мнение своих коллег по работе, то есть социально-профессиональной «тусовки». Либо работник может и хочет самостоятельно определять, что достойно и что не достойно его усилий, проявляя и в этом свое творчество, либо он идет на поводу у общественного мнения. Проблема такого выбора сильно обостряется в условиях так называемой «рыночной» экономики, когда, по словам Э. Фромма, фактически обесценивается ценность самого труда и на первый план выходит ценность продажи себя на «рынке личностей». В результате такая личность теряет свою целостность и становится «отчужденной» (от своего труда) «рыночной личностью» (Фромм, 1992).

Источник:
Проявления элитарных ориентаций в различных сферах обыденной жизни
Проявления элитарных ориентаций в различных сферах обыденной жизни Если этих примеров реальности элитарных ориентаций недостаточно, то вспомните случай, когда вы на каком-нибудь дне рождении, в
http://studfiles.net/preview/5765322/page:60/

Семейное воспитание

Семейное воспитание. Типичные стили взаимоотношений в семье

В современной психологии выделяются три стиля семейных взаимоотношений: либеральный, авторитарный и демократический. Эти особенности семейных взаимоотношений формируют у детей из этих семей определенные взгляды на семью, на отношение между супругами, на стиль отношений родителей и детей. Подрастающее поколение либо принимает и впоследствии реализует такие же принципы взаимоотношений, либо сознательно или неосознанно отказывается от усвоения родительского опыта вплоть до отчуждения от родителей.

Либеральный стиль проявляется в семье, члены которой живут своей собственной жизнью, не интересуясь жизнью других членов семьи. Для такой семьи характерны отчужденность и отстраненность, безразличие к делам и чувствам друг друга.

Два других стиля — авторитарный и демократический — образуют своеобразную шкалу, на одном полюсе которой — полная авторитарность, диктат, безапелляционность, бесцеремонность, черствость, холодность и даже жестокость одних членов семьи (чаще всего родителей) по отношению к другим (чаще всего к детям). На другом полюсе — коллегиальность, демократия в принятии решений, сотрудничество, взаимопомощь и взаимоподдержка, полное равноправие всех участников семейного союза.

Очень важной характеристикой семейных взаимоотношений является существующая в семье модель распределения обязанностей. Выделяются две основные модели: традиционная (или асимметричная) и современная (симметричная).

В традиционных семьях муж является главой семьи и основным добытчиком материальных благ. Именно он определяет статус семейного союза, устанавливает круг ее общения и принимает важные решения, касающиеся всех сторон существования семьи. Жена в традиционной семье либо совсем не зарабатывает, либо зарабатывает, но значительно меньше мужа, отчего главной ее обязанностью является хорошее выполнение домашних функций — ведение домашнего хозяйства, организация быта семьи, воспитание детей и присмотр за ними. При подобном распределении обязанностей именно на нее ложатся основные заботы по формированию и воссозданию семейного микроклимата.

В отличие от традиционной модели симметричная семья основывается на практике полного равноправия мужа и жены, которые обеспечивают примерно равный (пропорциональный) вклад в материальное благосостояние семьи, совместно ведут домашнее хозяйство, сообща принимают все важнейшие решения и в равной степени заботятся о детях и воспитывают их. Роль и значение каждого из супругов в формировании психологического климата в семье равны. Статус семьи устанавливает супруг, имеющий более высокое положение. Круг общения формируется сообща.

Основное отличие благополучной семьи от неблагополучной заключается в том, что в первых выполняются три важнейших условия: наличие высокой культуры общения, взаимоинформированности и доверительности супругов, а также их отказа от посягательств на хорошее представление другого о самом себе, тогда как в неблагополучных семьях не выполняется либо какое-то одно, либо два, либо все три условия.

Источник:
Семейное воспитание
Семейное воспитание. Типичные стили взаимоотношений в семье В современной психологии выделяются три стиля семейных взаимоотношений: либеральный, авторитарный и демократический. Эти особенности
http://lektsii.org/6-27538.html

Эгалитарная семья — это семья, в которой оба супруга занимают равное положение

Эгалитарная семья — это семья, в которой оба супруга занимают равное положение

Время не стоит на месте, а вместе с ним меняются человеческие отношения и общество в целом. На смену патриархального устройства социальной ячейки приходит эгалитарная семья. «Это что такое?» — спросит читатель. Это тема нашей сегодняшней беседы. Если раскроем сразу все карты – интрига умрет. Поэтому «торопиться не надо».

Эгалитарная семья – это отношения, при которых ни один из супругов не претендует на власть, она делится поровну между мужчиной и женщиной. То же самое происходит и с социальными ролями и бытовыми обязанностями. Нет разделения на «мужское» и «женское». Делает тот, кто может.

Ясно, что такое эгалитарная семья? Признаки, характеризующие ее, следуют далее.

  1. Примат индивидуальных интересов над семейными (родовыми). На практике это значит, что каждый член семьи хочет не только исполнять свою семейную, половую роль, но и добиться чего-то в профессиональной сфере. Поэтому отношения выстраиваться так, чтобы мужу и жене был простор для творчества и реализации.
  2. Семья создается по обоюдному желанию мужчины и женщины. Определяющим является личный выбор каждого. Здесь, кажется, пояснения не нужны. В теории эгалитарная семья – это образование, которое создается только потому, что мужчина и женщина любят друг друга. Но, как мы знаем, теория и практика не всегда совпадают.
  3. Под одной крышей живут не более двух поколений (родители и дети).
  4. Пара планирует детей сообща.
  5. Малодетность. Со всеми вытекающими последствиями: ставка делается на «качество» детей, а не «количество». То есть супруги ставят цель максимально подготовить детей к социальной жизни: воспитать как следует, дать то образование, которое поможет отпрыскам получить хорошую, интересную и высокооплачиваемую работу. Так как детей не много (один или два), то мужчина и женщина не забывают о себе и совмещают родительские функции с другими социальными ролями. Как неизбежный итог: секс воспринимается как источник удовольствия, а не способ размножения.
  6. Высокая степень социальной и географической мобильности. Проще говоря, поговорка «где родился, там и пригодился» не про членов эгалитарной семьи. Люди при необходимости меняют работу и место жительства. Не сказать, что это происходит легко и свободно, но трагедии из этого тоже никто не делает.
  7. В обладании и наследовании семейной собственности супруги в правовом отношении равны.

Эгалитарная семья – это революционная вещь, которая позволяет «свободно дышать» и мужчине, и женщине. Но без сравнения с другими видами устройства семейных отношений нельзя оценить в полной мере ее значения.

Каковы альтернативы? Также есть патриархальная и матриархальная семьи. Очень кратко расскажем о них, чтобы понимать разницу.

Характерные признаки патриархальной семьи:

  1. Примат семейных интересов над индивидуальными.
  2. Создание ячейки диктуется не личным выбором и любовью мужчины и женщины, а экономическими интересами родственников, которые входят в образование «патриархальная семья».
  3. Семья живет «большим роевым телом». Под одной крышей могут обитать несколько поколений и ответвлений семьи.
  4. Многодетность. Причем она тоже продиктована экономическими интересами. Больше детей – больше рабочих рук.

Стоит ли говорить, что «демократические отношения» — это понятие, не известное людям, которые живут по патриархальному канону?

О матриархате как общественном устройстве говорить сложнее, потому что многие до сих пор уверены, что его не было. Хотя Эрих Фромм, ссылаясь на Баховена, эту точку зрения опровергает. Другими словами, споры ведутся. Проблема в том, что когда люди говорят о глубокой древности, то там история, археология и мифология смыкаются воедино, и отделить одно от другого не представляется возможным. В любом случае, это было так давно, что беседовать об этом детально сложно, укажем только те признаки, которые точно известны:

  1. Семья создается вокруг женщины, а не мужчины.
  2. Наследование собственности и ценностей передается по материнской линии.
  3. Родословная считается от матери и женских представительниц рода.

Матриархат — безусловно, интереснейшее явление, особенно его «современный вариант»: когда формально у отношений статус «эгалитарная семья» (это понятно, что такое), а фактически матриархальная, где мужчина — подчиненный элемент (то же самое справедливо и в отношении патриархата, когда жена зависит от мужа при формальном равенстве сторон).

Заканчивая разговор про виды семьи, скажем, что сторонников как матриархальной, так и патриархальной семьи в мире достаточно. Также есть страны, где модели функционируют, об их успешности западному человеку судить трудно.

После беглого осмотра способов устройства семьи стало понятно, почему эгалитарный тип семьи предпочтителен как для определенных мужчин, так и для некоторых женщин. Однако рассмотрим его с разных сторон.

  • равенство;
  • взаимопонимание;
  • свобода;
  • мобильность;
  • диалог как способ существования семьи.

На бумаге модель насколько хороша, что в ней трудно найти недостатки. В этом месте надо вспомнить, что в России сильны традиции, то есть не все окружающие нас люди поддерживают прогрессивные идеи в целом и идею семьи, в которой каждый член семьи делает не то, что от него требует гендерная роль, а то, что может в частности. Поэтому, если отмечать недостатки, скажем: модель может вызывать индивидуальную непереносимость у некоторых людей, а также воспитывать комплексы, если пара практикует «равный брак» в патриархальной среде.

Эгалитарный брак предполагает не только права, но и обязанности как жены, так и мужа. Тот факт, что в этой системе отношений мужчина и женщина взаимозаменяемы перераспределяет приоритеты. Например, деньги перестают быть сугубо мужской проблемой. С одной стороны, это хорошо, потому что муж больше не чувствует одиночества в этом смысле, он знает, если с ним что-то произойдет, жена поможет не только морально, но и материально. С другой стороны, это плохо потому, что женщина и мужчина больше не смогут воззвать к гендерной роли и совести человека использовать эпичную фразу: «Ты же мужчина!» или «Ты же женщина!». Здесь каждый член семьи в ответе за другого и за общее потомство.

Из основных принципов такого брака вытекает еще одна характерная черта эгалитарной семьи, которая вынесена в подзаголовок. Странно, наверное, выделять эмоции в отношениях в отдельную группу. Но так как модель предлагает качественно иное взаимодействие, почему бы не сказать о том, что равноправие благотворно влияет на психологический климат в семье? Любовь расцветает, если вырастает на почве свободы. А репрессии нужны только для того, чтобы бороться с неугодными, притеснениями нельзя вызвать любовь. Когда один супруг не уважает, не ценит другого, и так продолжается всю жизнь, то копятся обиды, а они, даже невысказанные, отравляют семейную обстановку.

Эгалитарный брак видится в этом смысле полной противоположностью и патриархату, и матриархату. Не надо думать, что это некоторый идеал. Во-первых, подлинно равных отношений так немного (почему, поговорим ниже), а во-вторых, большинство по форме эгалитарных семей представляют собой по содержанию — современный патриархат и матриархат. Например, когда оба работают, но в порядке вещей, когда мужчина говорит: «Это женское дело!» А жена при случае напоминает: «Будь мужчиной!» Думаем, читатель прекрасно понимает, о чем речь. Конечно, можно сказать, что эгалитарная семья, как всякий синтез, содержит в себе в снятом виде качества тезиса и антитезиса, подчиняясь законам гегелевской диалектики. Но толкования – это дело вкуса.

Выходит, что равный брак – это чистое удовольствие? Не совсем так. Примат личных интересов над семейными таит в себе множество проблем. Например, можно вспомнить фильм и книгу «Мир глазами Гарпа». Когда супруги старались друг друга не ограничивать и даже по возможности прощать измены. Жена Гарпа худо-бедно справлялась, а он сам – нет. Причем не надо думать, что демократический брак предполагает моральную анархию и сексуальную свободу. Это, скорее, иллюстрация того, к чему приводит неверное толкование свободы и равноправия. Такое устройство семьи подойдет только людям зрелым, готовым взять на себя ответственность. Если семья и брак – это способ приспособиться к жизни, то вряд ли равные и свободные от репрессий отношения – это то, что нужно.

И последнее: свобода – это прекрасно, но к ней нужна привычка, а также человек должен обладать определенной долей разумности, чтобы знать, где заканчиваются права и начинаются обязанности. Как говорил Бернард Шоу: «Свобода означает ответственность, вот почему большинство людей боится ее». А без свободы не построить равных и эмоционально насыщенных отношений. Современная жизнь предлагает как минимум три модели на выбор построения отношений. И это только глобальные возможности, а сколько между ними практических вариаций! Поэтому каждый решает сам.

Источник:
Эгалитарная семья — это семья, в которой оба супруга занимают равное положение
Время не стоит на месте, а вместе с ним меняются человеческие отношения и общество в целом. На смену патриархального устройства социальной ячейки приходит эгалитарная семья. «Это что такое?» — спросит читатель. Это тема нашей сегодняшней беседы. Если раскроем сразу все карты – интрига умрет. Поэтому «торопиться не надо».
http://fb.ru/article/289663/egalitarnaya-semya—eto-semya-v-kotoroy-oba-supruga-zanimayut-ravnoe-polojenie

(Visited 1 times, 1 visits today)
CATEGORIES